Странные вещи

Нет, это не может быть лекарством от тревоги и грусти, но это хотя бы немного расслабит тот тугой узел на шее, что до сих пор не дает вздохнуть свободно.

Смерть невинной девушки, о жизни которой я должен был позаботиться и которая так и не дождалась меня — вот что не позволяет мне сейчас насладиться всеми радостями жизни. Неужели теперь, до конца своих дней я буду помнить об этом, буду укорять себя за безответственность, буду пытаться найти оправдания своей беспечности? Или все-таки отбросить эти мысли, заглушить угрызения совести и замуровать прошлое в прошлом? Жить сегодняшним днем и бодро смотреть в будущее, словно ничего и не произошло? Ухмыляюсь грустно, понимая, что в таком случае точно, буду чувствовать себя полным мерзавцем.

Говорят, что со временем все забывается и заживает рана, что терзает душу. Но в свои тридцать с немногим лет я так и не научился забывать неприятности, которые случались со мной. Не могу забыть предательство той, которой в юности отдал свою душу и сердце, и которая безжалостно растоптала тот нежный цветок любви, что я подарил ей.

Не могу забыть первый бой с пиратами, когда погибли мои товарищи, и когда один из них умирал на моих руках, а я лишь пытался утешить его, сквозь слезы шепча ему, что в том мире, куда улетит его душа, он будет счастлив. Я много чего не могу забыть, а хотел бы…

Немного потоптавшись в каюте, решаю-таки взять вино и остаток вечера провести на палубе. Там хотя бы будет слышна музыка менестрелей, которые по вечерам выходят на улицы, чтобы развлечь толпу горожан, и заработать пару золотых.

Какой-нибудь из них непременно устроит концерт в порту, дабы развеять скуку пассажиров, ожидающих свои рейсы. Как правило, эти песни довольно оптимистичные, так что не мешало бы поднять мое настроение хотя бы музыкой.

Выхожу на палубу и тут же нос к носу сталкиваюсь с Эмильеном.

— Мсье де Волер? — удивленно смотрю я на засмущавшегося юношу.

— Не ожидал вас увидеть здесь. Разве Шон не приглашал вас выйти со всеми в город?

— Приглашал, — справившись со смущением, отвечает парень. — Только я отказался.

— Почему? — искренне недоумеваю я, а потом жестом приглашаю его пройти со мной на нос корабля, где есть удобное место для вечерних посиделок.

Дежурный по палубе матрос тут же вырастает рядом со мной и я прошу его принести немного сладостей и еще один бокал для моего собеседника.