Путешествие по одноклассникам с джинном Ваней

Джинн дунул на мутное стеклышко, протер рукавом телогрейки:

— И как они действуют?

— А ты, браточек, надень!

Джинн кинул на нос очки и замер с распахнутым ртом.

— Ты чего? — толкнул я его локтем.

— Сам попробуй! — побледнел чародей.

Я последовал рекомендации и… челюсть моя шваркнула об пол.

Вместо Ани Бестужевой я увидал водочную бутылку. В человечий рост!

Горбунок предстал пузатым мешком с овсом.

Иван стал кирзачом саженых размеров.

— Ну, прошибло? — хмыкнула Анютка. — Через эту карикатуру я и отдала душу чёрту.

— Любопытно, как я выгляжу? — я сунул Ване очки.

Джинн взглянул, передернул плечом:

— Ты только не обижайся, Юрок… Ты сквозь них — грандиозного размера фаллос. Такому члену позавидовал бы и сам Гришка Распутин.

— Ага! — загоготала гусем Нюра. — Не понятно только, зачем они вам-то нужны?

— Есть одно дельце, — кивнул Горбунок.

Внезапно во входную дверь требовательно затрезвонили.

— Кто еще? — Анна болезненно скривилась — Павел Морозко, что ли? Пришел ставить второй фингал?

Открыла.

— А, Юрок, и ты здесь! — ликующе заорал он. — Ну-ка плесните мне. Трубы горят.

Анна исподлобья взглянула:

— На дне осталось…

— Айн момент! — вскричал джинн, крутнулся на кирзаче и предстал с двумя пузырями.

38.

— Вот это талант! Мне б такой! — захохотал классик.

Схватил презент, сорвал жестяной беретик, покрутил бутылку и влил себе в глотку. Всю! До капли.

— Ну, ё-моё! — от ужаса присел Горбунок.

Ерофей оттер губы ладонью:

— Я же говорю, трубы горят…

Анна испуганно вырвала из руки джинна вторую бутылку:

— Это моя!

— Пополам, а? — подмигнул беллетрист.

— Да я могу еще навертеть, — опешил Ваня.

— Пройдемте на кухню, — мрачновато предложила Анна. — А то вроде бомжей, в коридоре.

В трапезной она сразу же напузырила себе полный стакан.

— Палёная? — скосилась на джинна.

— Как слезинка, — обиделся Ваня.

Мафусаилов выпил, с хрустом заел огрызком лука:

— А я вчера спьяна шарахнулся головой о косяк и открыл для себя Мыслящий Космос.

— Это как? — простонал африканец.

— Зияющие высоты! Если Бог есть, то он — Мыслящий Космос.

— Тебе от этого легче? — скосилась Аня.

Ерофей взял Ваню под локоть:

— Брателло, накрути еще пару пузырей. Разговор серьезный. С завтрашнего утра вообще завяжу. Навинти!

Джинн поставил на стол две бутылки «Лимонной».

— Ой, — обрадовался Ерофей, — под эту штуковину и закусь не нужен.