Путешествие по одноклассникам с джинном Ваней

Налил себе и Нюре по трети стакана:

— Будем пить по чуть-чуть. Философски… Так вот, раньше, до Мыслящего Космоса, я всего трепетал. Не будет крыши, одежды, жратвы… Теперь ничего не боюсь. Попробуй, отними у меня Мыслящий Космос? Накось, выкуси!

— Может, ты и прав, — повертел я в руках стальные очки.

— А вы, Юрик, чего здесь?

— Мы к Нюре за очками пришли.

— Очками «правды»! — заржал Горбунок.

— Этими что ли? Почему «правды»?

— А вот дай я на тебя погляжу…

И я кинул стекляшки на нос.

39.

Вместо Ерофея узрел лягуху с золотой короной на голове.

Очи на диво умны. Несмотря на слизистую оболочку, земноводное вызывала симпатию.

— Вот не подумал бы! — вскликнул я. — Просто царевна-лягушка. Точнее, царевич-лягух.

— Выходит, я — жаба? Дай-ка!

Взял очки, надел. На нас даже не посмотрел, а перевел взгляд на небо:

— Господа-товарищи, я зрю ангелов!

Ерофей сунул очки в нагрудный карман затерханного пиджачонка:

— Я их по-писательски экспроприирую.

— Что за бред! — взвыл Горбунок.

Слово за слово, закипела драка.

Дрались с размахом русской души.

Ерофей как зверь.

Горб зебры кровоточил. Губа джинн конгениально расквашена в юшку. Мне Ерофей умудрился попасть в кадык, я задыхался.

— Стойте! — вдруг царским мановением руки застопорил нас Ерофей.

Он откупорил вторую «Лимонную», взболтнул и осушил до дна.

— Хоть десять граммов оставил бы, — нахмурилась Анна. — Какая прорва…

— Свою норму знаю, — ухмыльнулся гений.

Вдруг почернел, с грохотом рухнул на пол.

— Ничего… — усмехнулась Нюра.

— Он у меня отнюхается нашатырем. Только накрути, Ванек, нам еще бутылочку на опохмелку.

— Айн, цвай, драй! — джинн вертанулся. И поставил на стол бутылку «Кориандровой», три пачки пельменей «Сибирских» и кулек помидоров и огурцов.

— Спасибо, кормилец! — Нюра попыталась облобызать жилистую руку джинна.

Ваня длань выдернул:

— Это, сударыня, совершенно излишне…

40.

Мы брели по осенней улице, недоуменно размышляя о создавшемся положении дел.

— Хорошо, в пылу сражения не повредили очки! — выдохнул джинн.

— Вовремя подобрал их с пола.

— Одного не пойму, — заржал Горбунок, — как они нам помогут? Ну-ка, Юрик, накинь очки. Чего там видать?

Я напялил стекляшки на нос и в очередной раз подивился магической оптике.

Две дамы под зонтиками предстали парой селедок под шубой.

Пацаненок в дырявых джинсах стал батончиком «Марса».

Широкоплечий парень с «Мальборо» в зубах обратился в «Мерседес», поставленный стоймя.