Бессмертный

Я инстинктивно вытащил мечи, руки без участия мозга принялись разминаться, парень развернулся вполоборота, поднял узкий меч, направив острее мне в лицо. Я зевнул и развернулся к сражающимся коням, там проходило все без изменений, копытные скакали, били друг друга, кусали, и Злыдень был счастлив как... в голову не пришло толкового сравнения. Да оно и не нужно.

- Не смей игнорировать меня, нечисть, - приятный мужественный голос, оборвал идиллию, поселившуюся внутри меня.

- Что тебе надо? - положив клинки на плечи, обернулся я к неугомонному рыцарю.

- Прими бой, - внутри шелохнулось острое желание атаковать наглеца.

Дзынь. Клинки встретились, какого демона, я только подумал об атаке, точнее не думал, а пожелал. Отскочив назад, я уставился на свои руки так, словно видел их впервые, зачаровать меня нельзя, фамильный перстень не даст. Тогда, как объяснить этот выпад? Не важно, любой боец западной школы фехтования и в подметки мне не годится, проверено на практике еще отцом, а я его из пяти поединков в четырех побеждал.

- Я - Леьнер, первый клинок его Величества, величайший воин этого бренного мира, - ага, самомнение у тебя величайшие, - ты умрешь от моего меча.

Я наградил его презрительной ухмылкой, непросто так же он распинался передо мной. Навел на лицо каменное выражение, провел первую серию ударов: не слишком быстрых, особо не хитря, но и этого для зазнавшегося наглеца должно хватить с лихвой.

- Ты слаб. Ты медленен. Ты дерешься, как деревенщина, - кто бы говорил.

Со следующей моей атакой он справился гораздо лучше.

- Я думал, ты способен на большее. Ты - не великий злодей. Ты - моль. И я тебя прихлопну.

- Иди ты в пасть упыря... - я взорвался серией ударов, заученными до автоматизма за долгие годы тренировок. Результат - ноль, поганец, с легкостью ушел от всех, выпадов.

Когда я отступил для перегруппировки, мысли о поражение вовсю гуляли в моей голове. Как он так двигается, откуда знает атаки? Он настолько силен? Нет, это я слаб. Я не могу противостоять величайшему воину в мире. "Драться", - взревело родовое проклятье. Я кинулся на врага, не думая о техниках или приемах, разбрасывая мысли по сторонам. В голове за пульсировала только одно - во что бы то ни стало врезать по морде этому гаду.