Слово о Кощее Бессмертном и его друге Змее Горыныче

И поднялось из той зари подзабытое в беломорских землях Солнышко.

...А старший мастер Сутралайнен посмотрел на то и помянул незлым тихим словом технику безопасности.

...А мастера сменные, Изгорлалайнен с Налакайненом, переглянулись и решили, что грешно не отметить такое событие.

...А славные мастера похьёльские сумму убытков заранее прикидывали и во что станет потом восстановление.

...А детвора визжала и безобразничала, имея бесплатное цирковое зрелище.

И даже Патьвашка в глуши лесной отметил: «О, наши в городе!», улыбнулся воспоминаниям и обратно продолжил медвежонку раненую лапу залечивать, а то медведица уже «задрала» своими тяжкими вздохами.

Только собственно героям нашим было не до радости. Едва тише пошли, дав запалённым коням роздыху, как богатырь стал в седле заваливаться. Собственно, непонятно как вообще скачку выдержал, коли ещё до того лечь и не встать обещался. Решил видно побыть ещё немного бессмертным, пока не разберётся с бабами (зря конечно, ибо разбираться с теми не хватит никакого бессмертия), а теперь, когда взошло «его солнышко», так держаться показалось уже нечем и незачем.

– Горынюшка?.. Гор... – оглянулась Ненада с седла румянощёкого дружинника, но узрев богатырские поползновения, завопила сиреной «скорой помощи»: – Держи его!!!

– Етить!.. Подсоби, ребята! – придвинулись бойцы.

– Совсем неладно, – будто извиняясь пробормотал кощей, повиснув меж плечами товарищей.

– Что же, не дождавшись свадьбы роняешься? – подбодрил один дружинник невесело, а другой вообще пригорюнился:

– Как же за тридевять земель вести такого?

– Ядрить-боронить... – буркнул Ратко с хмурой безнадёгою.

И вдруг...

– Хе-хе, – раздалось прямо в воздухе неуместное хихиканье. – Да нешто бабушка Лоух зятю родной сестрицы не поспособствует!

И не успели дружинники охнуть, как полыхнуло перед ними будто полотном радужным, трепещущим, а поверху надпись засветилась «В добрый путь Северным Сиянием».

– Погнали! – не стал Ратко кочевряжиться предложению, и вся дружина следом ломанулась.

– Спасибо, бабулечка! – только и успела напоследок крикнуть царевна, исчезая в сполохах.

– Ишь ты, бабулечка... – посмаковала Лоух степень родственности и пожелала с ехидцею: – Ну, скачи, скачи – хе-хе – невестка двуродивая.