Брежнев и Я

И посылать, кому-то, свои приветы, а может быть и определённые сигналы, своим белым платочком. А может быть, даже и самому Леониду Ильичу.

И опять в мозге Брежнева стала разворачиваться удивительная, прекрасная картина. Он увидел себя под высокой, кудрявой берёзой. Лето. Он увидел себя несколько помолодевшим. И он обнимал, прижимал к себе женщину. И да! Это была она! Это была Людмила Зыкина. Это была его Людочка!

На ней было какое-то красивое платье, сшитое по народным мотивам. А её талию обрамлял офицерский ремень белого цвета.

На ремне же висела кобура из которой торчала рукоятка пистолета. Вот только по рукоятке он всё ни как, как не силился, не мог разобрать марку пистолета. То ли это был ТТ то ли Макаров?.. И вот он нежно прикасается своими губами к её губам. При этом он ясно чувствует жар её дыхания. И в следующую минуту их губы сливаются в страстном поцелуе. Дальше – больше. Он снимает свою руку с тали Людочки и опускает ладонь на её ягодицу. Зыкина не прерывая поцелуя, с уважением, водворяет его ладонь на прежнее место. Это его заводит. Через несколько секунд он повторяет свой манёвр. И опять то же самое. Кажется Зыкина неприступна. Но вот он идёт на военную хитрость. Он открывает кобуру, которая висит на её офицерском ремне, достаёт из неё пистолет… и тут он, к своему удивлению, ясно видит, что это револьвер системы «Наган!» Но это для него уже не столь важно. Это для него сейчас не самое главное. Главное это Людочка и её такая шикарная, пышная, аппетитная попка. В которой утопают его пальцы стоит ему лишь к ней прикоснуться. И вот он швыряет этот грёбаный револьвер, куда-то там, в высокую траву. И вот теперь он уже уверенно кладёт свою ладонь на её ягодицу и со страстью впивается в неё всеми своими алчными пальцами. От чего Людочка, не прерывая поцелуя, слегка, наигранно, взвизгнула и ещё сильнее прижалась к нему. При этом своею правой ножкой обвив его левую ногу.

А он… а он же всё сильнее и сильнее, всё глубже и глубже запускает свои пальцы в её тело.

И вот он уже… Но в это время он опять слышит какой-то противный шум около его правого уха. Видение постепенно начинает растворятся. И он больше не видит ни себя ни Людочки. А треск возле уха становится всё сильнее и сильнее… И вот, наконец, он приходит в себя. Ему требуется некоторое усилие чтобы открыть глаза. Это опять Песков своим нехитрым приёмом вывел Брежнева из коматозного состояния и привёл его в чувства.

Брежнев понимает что произошло.