Будни королевского кота.

Мало того, что один отпрыск у него красно-зеленый с плоской физиономией, так еще и второй получился с чешуей и хвостом! Красота, да и только!

Не успел я придумать более-менее внятное объяснение неприкосновенности волака при помощи пантомимы, с учетом, что росту во мне немного и кошачьими лапами сильно не размахаешься, как отчетливо ощутил, что со дворцом что-то не так. Нечто переменилось в его ауре. Я замер, не позволив волаку идти дальше. Кивнул на знамя, вывешенное над дворцом.

-Что-то мне это не нравится! – проговорил я, любуясь на синее развевающееся знамя с золотым львом.

У Его Величества Винсента личный герб совпадал с официальным гербом королевства. Золотой лев на красном фоне. А вот Барлендину, как младшему полагался синий цвет знамени. Если бы он унаследовал трон, то смог бы претендовать на красный – старшего рода. Или оставить свой синий и сделать его королевским. Периодически в истории цвета так и сменялись. Барлендин предпочел последнее. Шерсть на моей спине стала дыбом, в считанные мгновения волна ярости добралась и до загривка.

-Спрячься где-нибудь! – приказал я и понесся во дворец.

В голове мысль была одна. Беатриса мертва. Ее родители и младшие братья наверняка тоже. Барлендин бы их не пощадил. Как ему удалось устроить переворот в столь короткий срок, а?! Я же из дворца отлучился всего-то на пару дней! Ничего-то это люди сделать правильно без меня не могут! Король ведь прекрасно знал в глубине души, что его братца давно пора вздернуть на виселице! Так ведь нет! Делал вид, что ничего не замечает! До победного конца.

Я влетел во дворец, промчавшись под ногами у облаченных в синие нагрудники стражей. Пронесся по лестнице, ничего и никого не видя перед собой. Тараном ворвался в покои принцессы, едва не сшибив головой дверь. К счастью, она открылась.

-Эй! – завопил один из двух стражей, охранявших покои Беатрисы, но я не обратил на него внимания.

А второй страж лениво бросил мне вслед.

-Успокойся, это всего лишь кот.

Похоже, стражники были новые. Те, что служили во дворце, в большинстве своем были искренне преданы королю. Значит, Барлендин нанял этих в столице, благо, тут ехать недалеко. Мысль о том, что я сделаю потом с нанятыми братом короля головорезами мелькнула и сгинула. Я застыл на пороге, глядя на плачущую, сидя на краю кровати Беатрису.