Рохля Несчастливчик - первый пулинский путешественник

— А вот и наш-ш-ш транспорт, мальчики!

“Мальчики”, которых при виде огромных оранжевых глаз “транспорта” пробирал мороз по коже (и шкуре), не оценили такого энтузиазма и одновременно выпалили:

— И-а!

— Ни за что!

— Дос-с-стань свою заговоренную веревку, поймай за лапу одну, потом другую, — деловито инструктировала Люссся, заворачивая драгоценные сундуки с книгами и остатки провианта в походное одеяло, — потом третью. Притяни птичек поближе к земле, и я с-с-склею им клювы паутиной.

— А остальные нас пока заклюют.

— Не заклюют. Обвязываемся веревками вокруг пояс-с-са, привязываем скарб и ос-с-слика и…

— И фиг они куда полетят.

Дальше паучиха и правда не придумала, но если и был иной способ перебраться на противоположный берег, ни в книгах, ни в разговорах арахнидов он не упоминался. Кроме того, разве пристало настоящему герою искать какой-то мост, когда есть такой замечательный шанс совершить пусть маленький, пусть безумный, но подвиг.

— А вот и пос-с-смотрим! Все, я все увязала. Давай!

И Рохля, зажмурившись и впервые в жизни помолившись всем богам, которых знал, “дал”.

Основная проблема в ловле хищного “транспорта”, как оказалось, не в том, чтобы его поймать, а в том, чтобы он тебя потом отпустил. Совы (а это были именно они) действительно полетели, и даже, что удивительно, в нужном товарищам направлении. Но едва достигнув другого берега, упитанный ослик выскользнул из лап одной птицы, паучиха укусила другую, и тоже вырвалась, а хоблин, с детства боявшийся высоты, так вцепился в свою, что из ловца превратился в добычу и стремительно уносился в сторону леса.

Люссся выругалась (разумеется, исключительно литературно) и закричала, скорее из отчаяния, чем с настоящей надеждой:

— Брось ты этого кос-с-стлявого! Возьми ослика, он с-с-сытнее!

— Ты права, — согласилась сова и, спускаясь, добавила: — Спасибо.

Эшши потер ушибленный бок, посмотрел вслед своему верному скакуну и удрученно вздохнул:

— Обязательно было… так?

Паучиха ничего не ответила. А что она могла сказать? Что глупый маленький друг ей дороже глупого маленького ослика? Что она так испугалась, что готова была предложить свою жизнь вместо его? Что… Глупости, в общем, всякие.

— Представляешь, с-с-совы разговаривают, — только и ответила Люссся.

Глава 7 Дикий-дикий чай

Операция по спасению ослика была вынужденно отложена до рассвета. Пробираться по незнакомому лесу в кромешной темноте, царящей под густыми кронами местных деревьев, — не героизм, а полное безумие.