Зависимость от огня

Я перевела взгляд на собственную ладонь и меня замутило: супружеская кровь свежим алым цветом переливалась при дневном свете. Хотелось закрыться от всего мира в этой комнате, чтобы ни до кого не достал мой истошный крик.Внизу сновал народ в панике.Стоит увидеть полную картину, чтобы понять мою дрожь.***10:24 того же дня.— Милая, эта фата ужасна, – моя матушка всё кружилась над куском ткани, пытаясь облагородить его, но всё было тщетно: полотно совсем изношенное, – что ж это я так... Надо было одолжить у Зины!— Мам, перестань, – я посмеялась.

Фата совсем не занимала мои мысли, в отличие от Дмитрия. Весь его образ и каждая деталь по отдельности вскружили мне голову ещё восемь лет назад, и не отпускают до сих пор, – давай я надену венок вместо неё?Мама сконфуженно поджала губы, смотря то на фату, то на свежий цветочный венок, который я смастерила часом ранее. Потом всплеснула руками и откинула фату, сдавшись.Я и правда выглядела чудесно в свадебном платье: ткань облегала мою фигуру, подчёркивая широкие бёдра и тонкую талию, но при этом не сковывала движений. На груди были вышиты узоры с птицами, а на рукавах кое-где поблёскивал жемчуг. Ручная работа стоила дорого, под стать событию.Венок будто шёл в комплекте. К счастью, что мама не успела связаться с тётей Зиной.Я ещё раз покрутилась у зеркала, окидывая себя с ног до головы оценочным взглядом, на что матушка посмеялась и подтолкнула меня к двери. Но на самом пороге остановила и утянула корсет ещё плотнее, выбивая воздух из лёгких. Вот теперь, кажется, сковывает движения.На выходе из дома меня уже ждал Дмитрий. Он окинул меня нежнейшим взглядом и протянул руки к лицу, обхватывая. Я тепло улыбнулась, пытаясь поддержать его, так как прекрасно знала о его переживательности. В такой важный для нас обоих день он волновался, похоже, ещё сильнее меня.Матушка, увидев нас вдвоём, охнула и тихо перекрестила, улыбаясь до больного счастливо. Она вытирала слёзы с уголков глаз, пока мы садились в украшенную цветами вдоль и поперёк карету, и когда до отбытия оставались считанные минуты, прошептала вдогонку:— Прошу, станцуйте. Потанцуй, цветочек мой. Я скоро догоню вас.Я, опьянённая радостью, закивала головой как болванчик. Смысл маминых слов дошёл до меня только в тот момент, когда я уже махала из окна кареты её удаляющейся фигуре.***Большая толпа людей. Алтарь и мы вдвоём. Священник читает молитву, но всё мимо ушей.