Трое на отборе, не считая джинна

– Не надо так волноваться. Ты теперь дома, всё будет хорошо… Весняр, Илир! – рявкнула она. – Болеутоляющее и общеукрепляющее! Живо!

И тут же словно из-под земли выросли двое юношей, один с синими волосами, другой с зелёными, с нереально-яркими глазами под цвет волос, и с настолько отрешёнными выражениями лиц, словно последние пару десятилетий они безостановочно медитировали где-нибудь на вершине горы в Тибете. Каждый держал в руках пиалу.

– Мириэль, – равнодушно заметил синеволосый. – У неё в постели джинн.

Честное слово, прозвучало это настолько двусмысленно, что мне сразу захотелось сказать, что он сам пришёл.

– Прекрасно, – мурлыкнула Мириэль. – Ты захватила с собой фамильяра? Нет-нет, ничего не говори, сначала выпей вот это.

И мне в губы ткнулась пиала с какой-то слабо пахнущей мёдом и мятой жидкостью.

– Я не фамильяр! – джинн, не выдержав, бурной струёй вырвался из бутылки и гневно напыжился, сложив руки на груди. – Я…

– Если ты не фамильяр, тебе придётся покинуть территорию академии, – даже не глядя на пыхтящего, как закипающий чайник, джинна, отрезала красотка.

– Магические сущности, не находящиеся на службе у академии или адептов, запрещены. Под угрозой развеивания.

– Ну… я… это… – резко сдулся джинн. – Я, вроде как, на службе…

– Лицензия имеется? Сдай копию в отдел кадров и пусть поставят тебя на учёт.

– Эээ… – джинн совсем замялся. – Ну, лицензию пока ещё… а можно немного позже?

– Значит, фамильяр, – припечатала Мириэль, внимательно следя, чтобы в моей пиале не осталось ни капли.

– Как я и предполагала. Сказала же: отойди и не мешай. Расскажешь потом, что там у вас произошло. Не нравится мне её ментальный фон.

– Мне тоже, – буркнул джинн, уменьшаясь до крошечного голубого язычка пламени, пляшущего на горлышке бутылки. – Она ничего не помнит.

– В самом деле? – Мириэль удивлённо приподняла красиво очерченную бровь, вглядываясь мне в лицо.

– Адептка Аринель, какие ваши последние воспоминания? – спросила она, почему-то перейдя на вы.

Я поняла, что начинаю густо краснеть. Рассказывать этой отполированной героине корейской дорамы, что мои последние воспоминания связаны с развешиванием дизайнерских мужских трусов по окрестным деревьям и разнузданным распиванием крепкого алкоголя на пару с джинном, было как-то неловко.

Видимо, она поняла общее направление моих мыслей, потому что закатила глаза и уточнила:

– Последнее, что ты помнишь до попадания в тот мир.