К тебе будут приставать!

А вот на втором этаже отеля, где бар, бывает, заказывают. Но редко. По большей части просят чего-нибудь романтического. Что дамы, что господа. Последние очень любят именно под слезливые песни напиваться. Никак не могу понять, почему.

Недоумение, написанное крупными буквами на лице, превращало мужчину в аллегорию вопросов к мирозданию, вызывая непроизвольную улыбку и хихиканье, прячущееся в этой самой улыбке. 

– Национальный колорит, – как можно более серьезно отозвалась девушка.

– У нас принято топить грусть в водке и душевных песнях.

– Ай, к чему грустить на курорте? – весело отозвался мужчина, блеснув задорной улыбкой. – Море смоет печали, песок сотрет прошлые невзгоды и горести, и можно заново начать писать свою судьбу. Ты уже бывала в пустыне?

– Неа, – качнула головой Алена. – Но через два дня буду!

– К бедуинам повезут? – понимающе осведомился Маду и переместился еще поближе, чтобы официанту было удобнее расставлять бутылки, бокалы и копию вчерашнего блюда с сырами и фруктами.

 

Бассейн таинственно мерцал зеленоватой подсветкой, невысокие и тусклые фонари «пляжного» бара создавали интимный уют, сладковатый запах кальянов, стелющийся по земле и обвивающий змеями ножки столиков призывал расслабиться и получать удовольствие. Вспыхивающий стробоскопами танцпол призывал к тому же, но – используя другие методы. Глубокое черное небо продолжало баюкать в объятиях отель, оставляя в душе ощущение неземного спокойствия и одиночества во вселенной.

Но оно не пугало, наоборот – завораживало. И хотелось подойти к забору и, задержав дыхание, посмотреть в щель между высокими плитами: есть там что-нибудь или нет? А вдруг нет? Вдруг сплошная пустота, такая же бархатная, как и небо?

И с этой благодатью странным образом сочеталось удовольствие от наблюдения за тем, как ловко полуобнаженный юноша сервирует стол и, поклонившись, удаляется.

Словно слуга в серале. Но, похоже, не евнух, иначе бы так не стрелял глазами.

«Действительно гашиш добавляют в еду, говорят, он способствует повышению либидо», – иронично фыркнула про себя девушка, провожая взглядом «не-евнуха», и тут же забыла, как о чем-то несущественном.

– К бедуинам. Понимаю, что они ненастоящие, туристические, но обещают показать, как пекут хлеб и покатать на квадроциклах по пустыне.