Воины Хаоса наводят порядок (книга I)

Желваки, ходившие по скулам наёмника, не предвещали хорошего.

— Скинуть бы его в пропасть, да старый говнюк в комиссариате развоняется, — процедил Ганс наконец. — Предлагаю отсечь руки-ноги, а остальное затолкать в мешок кому-нибудь из сержантов. Легче, чем таскать целиком, а пользы от него будет столько же!

Турфан, задрожав, бросил жалобный взгляд на Асперо. Но священник лишь скорбно тёр подбородок и хмурился.

— Майор сулил, что отправит с нами лучших своих людей. То есть худшие остались в Хендре.

.. Признаться, мне жаль этот град обречённый, — Кёрт проигнорировал колкость, а вот Костик слегка покраснел.

— Турфан кабинетный работник, без походного опыта, — попытался оправдаться он.

— Может, его ещё портянки мотать научить? — Пополам окинул их тяжким взглядом, и остроумный ответ застрял у Олясина в горле. — Снимаемся через полчаса. Порядок прежний. Ждать никого не буду, без ярыжек под боком мне дышится легче!

Он тряхнул головой и ушёл быстрым шагом. Кэррот фыркнул и повернулся к Асперо.

— Отче, у нас проблема. Офицер ранен обувью, надо что-то делать.

— Делайте, — позволил священник. — Не стану чинить вам препятствия.

— А ноги ему починить можете? Может, чары целительные?

— Предлагаешь использовать богомерзкую магию? С утреца спозаранку? Перед длительным переходом? Нет уж, пусть расплачивается за глупость. Святые страдали, и ничего. Могу выдать мазь и бинты.

— И то в помощь, — кивнул Кёрт, которому было не очень жаль Корчева.

Турфан страдальчески молчал, поджав губы.

Костик неуверенно предположил:

— Помимо бинтов, нужны костыли какие-нибудь или даже носилки...

— Люди скарбом походным нагружены, никто жирного милиционера на себе не потащит, ребятки, — отрезал Асперо. — А вот костыли... Мастерить — это к гномам. Пойду им благую весть принесу, авось что придумают.

Он насмешливо отсалютовал на прощание и удалился. Костик с Кэрротом остались пялиться на несчастного лейтенанта и новенькие, с иголочки, сапоги, стоявшие неподалёку.

Даже для командированных не было секретом, что на складе комиссариата новых сапог не допросишься. Турфан выдавал срочникам отменную рухлядь, которую приходилось чинить за свои деньги. Для себя же припас он прекрасную пару, но судьба сыграла с ним злую шутку: неразношенная обувь довела до кровавых мозолей в первом же переходе.

— Стёрты ноги в кровь — упал, подкошенный! В новых сапогах, почти неношеных... — издевательски сымпровизировал Кэррот.