Тришестое. Василиса Царевна

– Да ну? – изобразил сомнения Иван Царевич, и до того у него натурально вышло, что даже сама Яга усомнилась на единый момент, а она ли это и впрямь. – Врете вы все, бабушка, наговариваете на себя. А коли и вправду Баба Яга, то что ж, и помощь вам не требуется? Одна, поди, живете в такой глуши.

Яга аж прослезилась от таких слов, передником драным утерлась, но быстро взяла себя в руки – не пристало нечисти такого ранга нюни распускать.

– Да мы и сами, поди, не без рук. – Сказала так Яга, и принялась чего-то шептать.

Шепчет, пальцами крутит, по сторонам глазищами зыркает, а Иван Царевич стоит и дивится.

Хлоп – дно от ступы отыскалось, прихлопнулось на место, срослось, вроде и не грызли мыши его. Стоит ступа новехонькая. Еще раз хлоп – метла целая! Бац – ручка дверная на место приделалась, дверь как надо встала. Ш-шурх – тыква из дымохода, будто снаряд из пушки, вылетела и унеслась в небеса. Дела-а!

Очухался Иван Царевич от чудес колдовских, головой тряхнул.

– Ну, коли так, прощевай, бабуся. Да смотри, в колодезь больше не сигай.

Возраст у тебя не тот для забав подобных.

– Постой-ка, мил человек, – вцепилась в его рукав Яга. – А чем тебе Кощей-то не угодил, что ты на гиблое дело решился?

– Почему гиблое-то? Дам в морду – и всего делов!

– В морду? Ну-ну, – скривила рот старая карга в язвительной ухмылке.

– А чего?

– Гляжу на тебя да в тол никак не возьму: дурак ты али как?

– Ты, бабусь, того… я этого не люблю, – поджал губы Иван Царевич.

– Ох ты ж, ёшкин-батон! – всплеснула руками старуха.

– И вправду того. Нечисти не боится, грозит. Люблю я таких шустрых.

– Но-но, не балуй! – Иван Царевич на всякий случай отодвинулся от Яги, с таким вожделением Яга глянула на него.

– Да не бойсь, – взяла себя в руки Баба Яга. – Поди, и мы не бессердечные. С того света, почитай, старуху вытащил, себя не пожалел. Да еще и на Кощея зуб имеешь.

Насколько понял Иван Царевич, решающим оказался именно последний факт: больно уж у Яги злобно глаза сверкнули.

– Пойдем-ка в избу. – Баба Яга шустро ухватила Ивана Царевича под локоток и к крыльцу потащила.

Избушка со знанием дела присела, опуская ступеньку к самой земле – не выше, не ниже. – Чайку заварим, погутарим по душам.

– Да удобно ли? – уперся ногами в землю Иван Царевич, но Яга на удивление оказалась не просто крепенькой старухой, а силы прямо-таки богатырской. Что упирался Иван Царевич в землю, что нет, а все одно – тащит его Яга за собой без видимых усилий, будто мамка чадо свое малолетнее за ручку ведет.