Зэк в другом мире. Книга 1

– У нас в деревне нет ни одной повитухи, – приуныл Гаджар. – Последняя месяц назад померла.

– От чего же? – спросил Николай.

– От страха. Она однажды испугала лошадь, и та её лягнула прямо в голову. Удар, видать, был очень страшным. Настолько, что несчастная тут же испустила дух.

– Хватит болтать! – прикрикнула эльфийка. – Лучше несите то, что я попросила.

Когда необходимые принадлежности оказались под рукой, Филирин стала принимать роды. Она говорила орчихе, как следует себя вести, что делать. Та послушно выполняла всё, что слышала.

Мужа роженицы длинноухая зеленоглазка попросила держать супругу за руку, чтобы той было спокойнее и чтобы она чувствовала его поддержку.

Орки вокруг суетились с тазиками воды и с полотенцами. Они не знали, куда девать всё это, поэтому ходили взад-вперёд в полной растерянности. Филирин даже вздохнула оттого, что с подобными мужчинами приходится иметь дело местным женщинам. Теперь-то ей стало понято, почему они здесь частенько бьют горе-мужей. Она бы и сама на их месте время от времени колотила подобного супруга с явной умственной слабостью.

– Тужься, тужься, – приговаривала эльфийка роженице.

Находящийся рядом Гаджар решил, что фраза была адресована ему, поэтому поспешил её выполнить.

– Может случиться неприятность, – начал он, – если я продолжу напрягаться.

– Да это она не тебе, – ударил глуповатого собеседника палкой по голове муж роженицы, – а моей жене говорит.

Роды продолжались. В момент, когда голова младенца вышла наружу, Гаджар не удержал любопытства и посмотрел на это действо.

Больше он ничего не увидел. Он потерял сознание.

Наконец орчиха благополучно родила здорового и крепкого малыша, мальчика. Его завернули в полотенце и дали матери. Та со слезами радости на глазах сказала, что это был самый счастливый день в её жизни. Её муж поглаживал супругу по голове, называл разными ласковыми словами, поздравлял и хвалил. Он пока что боялся прикоснуться к ребёнку, хотя сильно хотел этого. Через несколько мгновений он набрался храбрости и дотронулся до щеки сына.

Кожа была необычайно мягкой, не такой грубой и жёсткой, как у взрослых.

Молодой отец осмелел достаточно и взял младенца на руки. Он был таким маленьким и хрупким, что казалось, одно неверное движение, и этот миниатюрный орк разломается пополам. Трепет переполнял сердце, но его пересиливали радость и гордость. Необычные чувства, к которым сознание ещё не привыкло, роились и перемешивались.