Тень Сохатого

– Мне и в моей неуютно, – с грустной иронией сказал Меркулов.

Генпрокурор посмотрел на него и вдруг улыбнулся:

– Н-да, Константин Дмитриевич, дела. Если так пойдет и дальше, нам с тобой некого будет сажать. А может, вместо того чтобы собирать доказательную базу, займемся выдачей лицензий на отстрел олигархов? А? Как тебе моя мысль?

– Мысль интересная, – ответил Меркулов. – Только вряд ли там… – он поднял палец кверху, – …ее поддержат.

– Как раз там от нас с тобой ожидают самых решительных действий, – возразил Колесов.

 – Ладно, Константин Дмитриевич, хватит лирики. Совершено убийство. Наглое, откровенное убийство. Из разряда тех преступлений, которые мы обычно называем вызовом обществу. И убийца должен быть наказан самым жестоким образом. – Колесов сделал паузу и продолжил: – Однако общество, которому мы с тобой служим, ждет от нас четкого и ясного ответа. За что один олигарх убил другого? Что послужило причиной? И не является ли это убийство лишь началом каких-то непонятных и неприятных для нас событий? Короче, хватай за эту ниточку и тяни, пока не размотается весь клубок.

Меркулов слушал прочувственную речь генпрокурора внимательно и серьезно, хотя, честно говоря, его с души воротило от этих банальностей и пафоса. Ясное дело, что преступление нужно расследовать. К чему вся эта болтовня?

– Кому поручить дело, Вадим Степанович? – спокойно спросил он.

Генпрокурор задумчиво нахмурился. Потом сказал:

– Думаю, это дело лучше всего поручить Турецкому. У него большой опыт по части общения с олигархами.

Вот пусть и занимается Боровским. Под вашим контролем. Только чтоб не рассусоливал там… Мы не вправе тянуть. Общество ждет от нас четкого ответа.

И он значительно посмотрел на Меркулова. И генпрокурор, и его заместитель прекрасно понимали, о каком обществе идет речь.

3. Странный олигарх

– …Дело о неуплате налогов, – докончил Меркулов начатую фразу. – Этот чудак на букву «м» и так был под следствием. А теперь к прежним обвинениям добавилось новое.

Какого черта ему понадобилось это публичное убийство, непонятно.

– Может, нервишки сдали? – предположил Турецкий, лениво пожимая плечами.

Меркулов недовольно поморщился:

– Да не похож он на невротика. Чтобы такие миллиарды зарабо… заграбастать, знаешь, какая воля нужна?

– Ты вроде хотел сказать «заработать», а не «заграбастать», – заметил Александр Борисович.

– А поди знай, сколько там заработанного, а сколько – просто украденного, – сказал Меркулов.