Чернокнижник его Темнейшества

– Лучники налево, меченосцы направо! В шеренги по сотне строиться, раз-два!

Бойцы начали рассасываться по углам согласно плану взявшего на себя руководство Петра. Появилась видимость порядка, и вновь прибывающие силы размещались теперь в более-менее ровные шеренги.

- Молодёжь… - сокрушённо покачал головой апостол. – Без подсказки струю ровно не положат, а всё туда же – Армагеддон им подавай!

Портал в преисподнюю был заколочен крест-накрест дубовыми досками, лишь из-под ветхой калитки просачивался сладковатый дымок марихуаны, да гнусавый голос монотонно бубнил с той стороны:

- А слабо один на один выйти, салаги белокрылые?! Ничего-ничего, Повелитель придёт…

В следующий момент протрубил рог, и звуковая волна от его рёва поглотила все посторонние шумы.

На пару секунд все, кто находился на плато, оглохли. Радужный портал, наконец перестав выплёвывать воинов, схлопнулся, а на его месте раскрылись невесомыми фиолетовыми лепестками Врата. Призрачно мерцающие ступени легли от преддверия Врат к тверди, и ужасающий рёв охотничьего рога повторился вновь.

- Да когда они рингтон-то уже поменяют! – чуть слышно прошептала голограмма Петра, вытирая кровь с ушных раковин.

- Готов ли ты открыть путь Всадникам, Пётр?! – пафосно прогрохотал Голос из клубящегося марева Врат.

- Чаво?! – заорал в ответ апостол, прижимая ладонь к окровавленному уху на манер рупора. – Стать рассадником?!

- Готов ли ты…

- А?!

- Неважно, забудь! – с досадой оборвал его Голос.

В тот же миг из непроницаемой дымки показался силуэт, и на прозрачные сходни ступил тетраморф. Войско замерло, и бойцы почтительно потупили взоры. Единое в четырех обличьях животное грациозно спустилось на плато и остановилось в ожидании. Следом за ним, цокая копытами по прозрачной тверди ступеней, спустились четверо всадников. Никто из белокрылого воинства не посмел поднять взгляда на них.

Могучие лошади, закованные в матовую броню цвета тёмного графита, несли на себе не простых седоков.

Закутанных в дорожные плащи всадников окружала такая аура бескомпромиссной силы, что даже Пётр отступил на полшага и отвернулся. К их сёдлам было приторочено диковинное оружие, которое не встретишь ни в одном из близлежащих миров, а глаза горели такой лютой ненавистью, что белокрылые рекруты, коим не повезло стоять ближе всех к «небесному трапу», падали в обморок, как только страшная кавалькада проходила мимо них.