Рыцарь Резервации

– Эх, вот барин бы был...

– Я ваш новый барин. Так почему ключей-то нету? – спросил я. – В усадьбе окопались эти Горбатовы?

– Нет, слава богу, – замотал головой Авараам Емельянович, – но не пройдет и недели, чтобы они снова не предприняли попытку к ней подступиться! Я уж и сторожам наказ даю, и письма пишу, куда следует, даже вон, – он ткнул пальцем в кипу бумаг, – даже самому государю Амператору кляузу сочинял, да и бросил. Все ж без толку!

– Так что там в усадьбе?!

Свиридова вздохнула и встала.

– Поедем, сами поглядите, – сказала она и направилась к выходу.

И она повернулась к старосте.

– Мы еще с тобой поболтаем. Молись, чтобы его благородие Марлинский эту ночь провел в усадьбе! А эту гадость…

Она подхватила самовар.

– …мы реквизируем!

И с этими словами Свиридова направилась на выход. Староста махнул на нее широкой рукой. Я тоже хотел пойти за ней, но тут Авраам Емельяныч заступил мне дорогу.

– Вы уж не серчайте, батюшка. Мы тут люди маленькие, совсем простые.

Детишки с котом-автоматом тут же испарились.

Я же заметил на стене фотографию, где запечатлели двоих – самого старосту в молодые годы и еще одного кудрявого мужчину аристократической внешности. Оба улыбались во весь рот.

– Онегин? – присмотрелась Метта.

Да, похоже. Много же воды утекло с тех пор.

– Я здесь именно ради этого, – сказал я и хлопнул старосту по плечу. – Взять Таврино в свои руки.

Затем направился вон, но староста остановил меня на пороге.

– Вы? – и с сомнением заглянул мне в глаза. – Шутить изволите? Вы жеш такой молоденький? А барон Горбатов за свою долгую жизнь не одну собаку закопал! Вы никому не говорите, но слухи ходят, что и барина нашего он в Резервации пристукнул, чтобы усадьбу к рукам прибрать...

– Я не собака, – ухмыльнулся я. – Я боевой кот.

На мое плечо прыгнула Шпилька. Заурчав она, поглядела на старосту своими разноцветными глазами-геометриками. Сnароста попятился, уперся задом в стол и перекрестился.

– Чур меня!

– Вот! С вашими Горбатовыми мы сладим, – кивнул я, погладив Шпильку по ушам. – Сейчас сгоняем в поместье, а завтра официально все оформим. И в тот же день начнем работать. Ждите.

Я снова попытался выйти, но староста опять заговорил:.

– Так как? Поместье-то... Проклятое.

Глава 15

Обернувшись, я приподнял бровь, но лицо старосты было зверски серьезным.

– Илья Тимофеевич, вы скоро?! – раздался крик снаружи.