Наследник, скрывающий свой Род

— Ты же автомеханик. Подлатаешь мою красотку?

— Эм? — хлопнула она густыми ресничками. — Нет, что ты! Я говорила, что разбираюсь в починке машин, но профессионально этим никогда не занималась! Не думаю, что можно называть меня автомехаником! Да, я хотела открыть свою автостанцию, но... как бы...

Она сдулась и отвернулась.

Ей было стыдно.

— Что произошло? — мягко спросил я. — Дело сразу не пошло? Но это нормально. В конечном счёте успеха добивается тот, кто не сдаётся...

— Ты прав! — перебила она меня резко. — Но я даже начать не смогла! Вот тут недалеко, — она махнула рукой в сторону электростанции, — сдают бокс с оборудованием.

Там у ребят да, не получилось. У меня было немного денег, я хотела попробовать... Надо же как-то на жизнь зарабатывать? Но... хм... В общем, обокрали меня.

— Обокрали? Те, кто сдают бокс?

— Да нет же! Вообще в соседнем районе! В сумке у меня была вся наличка, и...

Она снова выдохнула. Взгляд её стал решительным и холодным.

— Мальчик-оборванец попросил меня купить для него хлеба, — начала она ровным тоном.

— Я не отказала ребёнку в помощи и купила. Тогда он спросил, могу ли я купить хлеба и молока для его больной сестрёнки. Я купила. Хотела ему отдать, но он сказал, что его сестрёнке было бы приятно, если бы такая красивая сударыня принесла ей подарки. И если бы я сказала девочке, что та обязательно поправится. Мальчик сказал, что ему она не верит, а вот словам такой красавицы точно поверит. Ну я и пошла за ним. Мы оказались в каком-то проулке. Там девочка в грязном платье сидела на картонке и жалобно смотрела на меня. Я начала с ней говорить, она мне улыбалась. Как-то я не заметила, что мальчик отошёл.

Кристи поморщилась и покачала головой.

— Ну а дальше налетели парни постарше, оттолкнули меня, вырвали сумочку, в которой я носила деньги, и разбежались кто куда. Даже больная девчонка унеслась, точно молодая газель. Я попыталась бежать за ними... Но их след простыл. Хотя сумочку я нашла возле мусорки. Там были всякие мои мелочи, документы и тысяча рублей.

Она яростно стукнула ладонью по столу, зазвенела посуда. От напускного спокойствия на лице Кристины не осталось и следа.

— Эти мелкие гады ещё и насмехаются надо мной! Что мне до этой тысячи? И... Ах... прости, Макс за эту вспышку, — проговорила она и вымученно улыбнулась.

— Не кори себя за то, что поступила по-доброму.

— Да как будто им нужна была моя доброта. Их интересовали только мои деньги!

— А кому-то в следующий раз действительно понадобится твоя помощь.