Рубеж-Владивосток (книга 1)

А если ей злые языки чего наплетут?!

Несусь в ночи, не разбирая дороги. Конь хрипит. Вообще забыл о нём. Стоило попоить хотя бы.

Но сердце не на месте. От промедления щемит в груди. И, кажется, что дышать не могу! Скорее бы её увидеть! Скорее бы сказать, что никто не нужен мне больше.

И плевать, что спросят гвардейцы. И плевать, что род Сабуровых ненавистен им всем. Если и ей… тогда признаюсь, да уйду.

Что со мной не знаю я. Вроде не любил. Вроде не колыхалось в душе. А не могу без неё, вот что понял.

И пусть мир разверзнется или пропадёт! Я хочу увидеть ту, без какой свет уже не мил.

Аэродром по огням нашёл! А за ним как раз лагерь гвардейский должен быть.

Начинаю объезжать, а казаки с винтовками грозятся из засады:

– Стой, стрелять буду!

– Назад!!

– Корнет Сабуров! – Представляюсь с седла. – Шестой хабаровской полк! К меха–гвардейцам!

– Не велено пускать с комендантского часа, возвращайся, гусар!

Развернулся. Драпанул через поле по большому радиусу. Тревогу объявили, пустив за мной разъезд.

Хлопнуло за спиной! Пуля свистнула, просвистев, как пчела!

– Не стрелять!! – Раздалось бешеное. – Это ж свой!

Шесть всадников за мной. А я от них. Скакуна не жалея в бока луплю, маневрируя то влево, то вправо!

А мне бы только сказать ей, что ни с какой другой я! И не собирался даже. А лагерь в трёх сотнях метров! Ангары там большие, где наверняка и стоят мехары, пока пилоты спят.

Мне наперерез ещё один отряд летит! Резко в сторону ухожу! По кустам прорываюсь.

Конь запнулся, и сердце ухнуло. Ну всё… кувыркнулся вперёд! Вылетел из седла, как миленький, спиной кочки пересчитав и кивер потеряв где–то.

Упал, лежу, зубы языком проверяя и пальцами рук шевеля. Небо звёздное под трелью сверчков какие–то мгновения усыпляет мою бдительность, несмотря бешеный ритм сердца. Но шелестят кусты и трава, ознаменовывая приближение.

– Он здесь! – Объявляет казак очень близко. – Ну что, допрыгался, гусар!

Набрасываются, прижимая своим весом втроём, вяжут.

– Передайте Агнессе, что я приехал! – Кричу отчаянно. – Передайте, братцы!

– Пьяный что ли?! – Ворчат. – Ну и дал же ты нам просраться, гусар. Это тебе с рук точно не сойдёт.

– Передайте, пожалуйста, – шепчу, внезапно выбившись из сил.

– Вы арестованы за нарушение границ поста! – Объявляет матёрый казак, когда меня поднимают на ноги. – Стыдно, сударь.

– Виноват, товарищ поручик, – отвечаю, опустив глаза.