Рубеж-Владивосток (книга 1)

Не хочу снова испытывать её презирающий взгляд, когда она вдруг поймёт, что искала сына князя Сабурова. От мысли, что а вдруг всё не так, ощутил себя жалким и поганым попрошайкой. Без гордости и принципов.

Нет, ваше высочество. Я понимаю всё с первого раза.

Практически без остановки два меха–гвардейца прошли мимо поста и двинули дальше во двор полицейского управления.

А я развернулся, запрыгнул на лошадь и помчал домой. С одним лишь желанием, поскорее попроситься в гусарский эскадрон на службу.

Не по стопам отца, так по стопам деда пойду. Нелюдей и саблей рубить можно. Если рука тверда и в сердце страха нет.

Глава 11. Закалка духа и тела

20 километров от Владивостока. Бухта Якорная. Поместье князя Сабурова.

14 июня 1905 года по старому календарю. Среда.

От удара рукоять вырывается из моей руки, как миленькая, и сабля с отчаянным звоном бьётся о землю. Вытираю пот уже грязным локтем. Повалялся я–таки на славу.

– Андрюш, ну ты не заигрывайся, не заигрывайся, – говорит Азаров наставнически, выпрямившись и опустив свой клинок.

Тоже запыхался, но вида не подаёт. Носом дышит.

– Да полегче с ним, Шурик, – раздаётся со стороны собравшихся гусар. – Сильно по сабле бьёшь.

– Ну а как? Хват тоже тренировать нужно, – отвечает Азаров, наблюдая, как я поднимаю саблю с травы. – А вообще ты молодец. Резвый и резкий, не по габаритам своим ловкий.

Мда, на счёт габаритов согласен.

– Так меня дед Фёдор драться учил, – отвечаю с улыбкой.

– А то и видно, реакция отличная, – комментируют товарищи, которые тоже парами оттачивают мастерство.

– Ты силы экономь, принимай удары вскользь, проваливай противника, заставляй топтаться, – советуют некоторые. А Азаров на них фырчит.

– Рано ещё с такими тонкостями, пусть саблю держать научится.

С Азаровым сильно не спорят. Так, в шутку, если только. Он гусар старой закалки, воевал столько, сколько в эскадроне некоторые ещё не пожили.

– А с седла бить научишь, дядь Шурик? – Спрашиваю, отрабатывая выпады.

– О, с этим погоди дружок, – посмеивается. – Бока лошадиные жалко.

После первых же схваток до меня дошло, что махать кулаками куда проще, чем драться на кавалерийских саблях. Но отступать не собирался.