Княжич Соколов. Том 1

— Ровно это и делают военные училища для одаренных, — заметил отец, — тот же царский лицей, из которого выпустилась Анна. Условия обучения там крайне жесткие, а местами и незаконные. Думаешь, почему его лично курируют Рюриковичи?

— Туда поступают слишком поздно, — отмахнулся я, — чем больше времени прошло с пробуждения источника, тем сложнее он поддается развитию.

— Предлагаешь отправлять в мясорубку училищ детей? — возмутился князь Соколов.

— Простолюдинов отправляют детьми, — заметил я.

— Это простолюдины, — хмыкнул отец, — для них первичный резонанс и пятая ступень это высшая цель всей жизни.

А отпрыски знатных родов играют в долгую и метят куда выше. Ни один аристократ не станет рисковать жизнью своего несовершеннолетнего ребенка ради сомнительной перспективы вырастить из него Богатыря. Для процветания роду нужны живые наследники, способные продолжить фамилию и расширить влияние семьи через брак. Наша империя продолжает расширяться и земель, которым требуются правители, меньше не становится. Политика, власть и влияние занимает умы аристократов куда больше, чем стремление к банальной силе. В конце концов, силу всегда можно купить.

— Об этом я и говорю.

— Даже если отбросить к черту всю эту политику высшего света, и твои мысли окажутся верны, Артем, — тяжело вздохнул князь Соколов, — вырастить из знатного ребенка воина все равно будет куда тяжелее, чем из простолюдина. К детям аристократов в разы больше требований.

— Согласен, в нынешнем устаревшем общественном строе слишком много преград, — не стал отрицать я очевидное, — но любую несовершенную систему можно сломать.

Порой даже необходимо, если того требует прогресс.

Или если того требует ускорение развития магического потенциала планеты, но об этом я умолчал.

— Это опасные рассуждения, Артем, — предостерег напрягшийся князь Соколов.

— Я просто констатирую эволюционный опыт человечества, ничего такого, — чуть сдал я назад, — кто я такой, чтобы диктовать целой планете, как ей жить? Тем более ты прав, отец, аристократам было, есть и всегда будет что терять, и поэтому мои мысли останутся только мыслями.

— Хорошо, что ты это понимаешь, — облегченно вздохнул князь.

В последние полгода мы ежемесячно обсуждали эту тему и всегда так и расходились, оставшись каждый при своем мнении.

Отец высказывал доводы, выслушивал меня, а потом прибавлял к моим обязанностям наследника новой работы на благо княжества, надеясь, что у меня просто не останется времени на очередные безрассудства.