Жребий некроманта 4

Куда же запропастился Шурик? Надеюсь, с ним ничего не случилось? А то все эти недобитые прихвостни помершего Повелителя весьма подлые твари. Меня-то теперь хрен возьмёшь. Я после поглощения той энергии в Трёх сестрицах научился такие заклятия творить — закачаешься. А вот многие мои близкие, к сожалению, совсем не убермаги…

Глава 3

Первым делом я поговорил с дворецким. И он клятвенно заверил меня в том, что вечером Шурик не появлялся дома. Тогда я отправился в гараж. Но оба мои водителя заявили, что Александр вчера не пользовался их услугами.

Хм… что же выходит? Он уехал из императорского дворца на извозчике? Я ведь ему строго запретил пользоваться их услугами. Это же легче лёгкого притвориться извозчиком и отвезти Шурика в какой-нибудь тёмный переулок, а там перехватить ему ножом горло во славу покойного Повелителя. И где мне теперь искать этого херувима?

Я зло сплюнул на брусчатку и под шум капель потопал по дорожке, ведущей к дому через крошечный сад. Мой угрюмый взгляд буравил пространство, а ноги в ботинках ступали по лужам, не замечая их.

И тут вдруг до моих ушей донёсся скрип тормозов, после чего я тотчас повернул голову в сторону закрытых ворот. Кажись, за ними остановилась машина. Вот хлопнула дверь. И авто сорвалось с места. А спустя пару секунд скрипнула калитка и во двор проскользнул Шурик. Живой и невредимый Шурик. Только, кажется, слегка пристукнутый алкоголем. Он светился от счастья и что-то мурлыкал под нос.

— Какого хрена? — удивлённо пробормотал я и озадаченно почесал затылок.

Нет, Александр не был пьян. Он шёл, не шатаясь из стороны в стороны. А если парень и был пьян, так только от любви. О-о-о, похоже, я знаю где и с кем он провёл эту ночь.

Шурик в этот миг заметил меня, расплылся в улыбке и ускорил шаг. А я взошёл по ступеням на крыльцо и принялся ждать его. Попутно я подметил, что Александр за последнее время сумел сбросить килограммов пять-шесть. Тренировки не прошли для него даром. Конечно, он не стал стройным акробатом, но уже не был тем плюшевым увальнем, которым являлся раньше.

Его лицо перестало быть таким круглым, щёки слегка «ушли», а из всех подбородков остался только второй.

Ну, неплохо, неплохо. Всё-таки острый язычок Анастасии может принести и благо.

Между тем братец подошёл ко мне, распахнул серое драповое пальто и с тяжёлым вздохом простонал:

— Ох и жара. Совсем я взопрел.

— А ночью, наверное, ещё больше взопрел? — ехидно сказал я, покосившись на его помятую белую рубашку и жилетку.