Мангазейский подьячий

Коридор. Резные деревянные стены, на них горят тусклые плошки, только что света хватает, чтобы не споткнуться. Из коридора ведут двери. И если прикинуть, то нужная нам…

Вон та, слева, почти перед тем местом, где проход резко изгибается и уходит вправо.

Мы осторожно и бесшумно – в шерстяных носках, помните? – двинулись по коридору.

Шаг, еще шаг, еще… нужно дверь уже почти рядом, вот она, руку протяни…

И тут на меня налетает какая-то девчонка, вылетевшая из-за угла, и что-то бормочущая.

- Ааа…п, - ее глаза расширились, при виде меня, размалеванного черными полосами, но я вовремя зажал ей рот, а Настя успел подхватить у самого пола глиняный горшочек, который девчонка с перепугу выронила из рук.

Не раздумывая – кто знает, кто там еще из-за угла может выскочить – я толкнул плечом ближайшую дверь – правую, к сожалению – и затащил служанку внутрь, следом юркнула Настя.

Небольшое помещение, без окон, по краям лавки, на стенах висят какие-то тряпки, пахнет сыростью и еще чем-то знакомым, что я не сразу опознал.

Настя сунула мне в руки горшочек – вот на кой он мне? – заткнула девчонке рот ближайшим полотенцем – а, вот что это за тряпки… - и принялась сноровисто крутить ее с боку на бок, связыва…

А, нет, не связывая. Раздевая.

«Зачем?!» - поинтересовался я мимикой и жестами. Служанка-то в сознании, и, хотя глаза моя ведьмочка ей тоже завязала, но уши-то не затыкала. Та может услышать наши голоса и потом опознать.

Настя такой же пантомимой объяснила мне, что…

Блин, нифига не понятно.

«Зачем?».

«Чтобы…» - снова яростные жесты. Чтобы… потом… раздеться самой?! ЧТО?!

«Совсем дурак, что ли?!» - показала Настя, сообразив, что я подумал что-то совершенно не то. Плюнула и принялась расстегивать куртку. Распахнула ее… потом, резко покраснев, запахнула и показала, чтобы я отвернулся и не подглядывал… И на голую служанку тоже не пялился! А чего там пялиться – после настиного заматывания у нее из полотенеченого кокона видны только макушка и пятки.

- Ираидка! – выкрикнули из-за двери. Не той, через которую мы вошли, второй.

Мы замерли.

- Давай быстрее, а то конюхам отдам!

Голос женский, властный, и если служанка не подойдет – а она не подойдет, она сейчас только подползти может, как гусеница – то хозяйка голоса может и отправиться на поиски куда-то запропастившейся Ираидки.