Псионик.Начало пути.

А что там соединять? Там просто – мясо, жилы какие-то торчат и ни черта не понятно. Думаю, исключительно на нервяках телекинез получился у меня, будто по щелчку пальцев. Просто раз – и долбанная метла уже летит в угол, сломанная ровно пополам.

– Какое строение?! Блин... Структура! Ру́ки, млять! Ру́ки из чего? Что тут?! Что это? – Снова заорал я на девчонку подбородком указывая на конечность полковника.

– Ты убил отца!

– Какие же вы конченые! Оба! Он сам себя покалечил, чтоб я его исцелил. Экспериментатор херов! Будем обсуждать нюансы или ты поможешь?! Сюда так-то уже полиция едет.

Голову включи! Это же, ё-мое, Ликвидатор! Как бы я смог?! Я бы ударил в сердце! В сердце! На хер мне ему вены резать?

Лина буквально на мгновение зависла, переваривая информацию. Затем, сообразив, что точно полковник не сидел бы в ожидании, пока я ему руку расхреначу, догадалась, наконец, надо спасать папашу, а не меня лупить. Она плюхнулась рядом со мной. Отпихнула локтем, схватила отцовскую руку, осматривая ее, а потом начала бормотать фразы, которые лично мне вообще ни о чем не говорили.

При этом девчонка сжимала верхнюю часть, приблизительно, как делал это я. Ну, хоть что-то было правильно...

– Срединная вена предплечья, латеральный кожный нерв, передняя ветвь медиального кожного нерва. Лучевая артерия…да. Лучевая артерия… Давай! Быстрее! Потеря крови колоссальная!

Она повернулась, обожгла меня взглядом и снова уставилась на руку полковника.

– Чего давать?! Я не знаю, как это делается! Вы, блин, психи! Оба!

– Ты – псионик! Ты, твою мать, долбаный гений! – Снова крикнула девчонка.

– Как тебе хочется, так и делай.

– Конченые…какие же вы конченые…– Высказался я, прекрасно понимая, обзываться можно сколько угодно, но реально, если что-то сейчас не предпринять, все станет очень, очень хреново.

– Артерию сначала! Потом вены, сухожилия. Ну, и дальше по списку. – Ангелина обернулась через плечо.

– Ну…ладно. Ладно. Сейчас. – Я подполз ближе к полковнику, девчонка отпихнула меня достаточно сильно, а затем положил ладонь на лоб Романовского и закрыл глаза.

Понятия не имею, зачем так сделал. Явно из моих рук живительная сила не польётся. Это ведь не гребаная сказка.

Просто в моей голове появился какой-никакой, но план. Романовский сказал, я делаю все иначе, чем остальные. И это оказывается более продуктивно. Значит, пусть так и будет. Я не знаю, как соединять эти чертовы вены, артерии или что там еще. Я, блин, не волшебник, не хирург. Но Ликвидатор знает.