Эльф из Преисподней

Но ведь всё бывает впервые, не так ли?

Снаряды вспахали землю рядом с моим ботинком, и я решился. Толкнул Петра в портал, так и не сорвав с обшлага вместилище богини, и последовал за соседом.

Глава 17

Пока мы шлялись по внемирию, аудитория преобразилась. На потолке виднелись следы копоти, пара арок порядком обгорела. Но главным изменением стало исчезновение студентов и явление новых действующих лиц.

Конкретно — целой толпы неприметно одетых личностей, облик которых так и кричал: да, мы охрана! По какой-то причине униформа внутренней безопасности академии броскостью не блистала.

А ведь зря: как же потрясти мускулами перед проверками и гостями из других королевств?

Неприметные личности оцепили большой круг у арки-телепорта, куда нас и выбросило. Точнее, только меня и Петра. Мёртвая богиня оценила обстановку в два счёта и решила, что ей нечего светиться перед толпой. Может быть, она не так непроходимо глупа, как я о ней думал.

Играя в растерянность, я с трудом поднялся на ноги (туннель перехода выплюнул нас весьма бесцеремонно), затряс головой, словно не понимал толком, что происходит.

В мгновение ока передо мной вырос ректор. Его огненная натура пробивалась сквозь маску спокойствия — яростно сверкали алые глаза, встрёпанная копна рыжих волос шевелилась, словно языки пламени. На всякий случай я завёл руки за спину, чтобы он не увидел кольцо перевоплощения. Мало ли...

— Что здесь произошло? Где вы были? Ты знаешь, кто это сделал? Вы с кем-то враждовали?

Мои бестолковые ответы (не знаю, не помню, не знаю, нет) его не удовлетворили, а вот его злость меня немало порадовала.

Видимо, не слишком-то приятно было Аркарису узнать, что в стенах его загончика для аристократов творятся такие страсти — полноценное покушение на убийство вкупе с действующим порталом, что вёл неведомо куда.

И вишенкой на торте — он не был способен распознать, что тут произошло на самом деле. Увидеть суть божественных трюков было не дано человеку, если он сам не являлся аватаром бога или, на худой конец, его апостолом.

Печальная ода неполноценности человеческой расы — увы и ах!

Впрочем, к эльфам это тоже относилось. Что взять со смертных?

Пережидая град вопросов, я покосился на Петра. Его обрабатывали столь же усердно, но вот личность допрашивающего меня удивила. Белавином-младшим занимался Хайман.

Несмотря на его заверения в день приёма, вампир присоединяться к студиозам не спешил. Не больно-то его интересовали тренировки и уроки истории.