Сакрополис. Маг без дара

.. — я быстренько прикинул, стоит ли вообще развивать эту тему, и пришел к выводу, что для подобных решений еще рано. — Неважно. В общем, испытайте мою задумку на практике — а там видно будет.

Рауль встал пошире, поднял руки, и миг спустя раздался протяжный хруст, от которого свело зубы. Вкрученные глубоко в камень болты вывернулись из пазов, следом дрогнули петли, а затем уже и сама переборка плавно поплыла по воздуху. И не успел задохлик поставить ее у стены, как в коридоре послышался дробный стук каблуков.

Как оказалось, шум привлек господина Зыха — похожий на крота старичок подбежал к нам с шариком огня на ладони и затараторил:

— Ваше сиятельство, вот вы где! Хвала Свету, я быстро вас нашел. Скорее за мной — пока не приключилась беда!

— А что стряслось? — я жестом велел Давыдову продолжать работу, а сам выскочил в холл.

— Пятеро студентов во главе с Брусиловой заперлись в столовой! Собираются свести счеты с жизнью, чтобы завтра не приносить присягу. Преподаватели на месте, но никто не знает, что делать.

Виктория сказала, что они выпьют яду, если кто-либо попробует войти внутрь.

— Дерьмо... Ведите, живо!

Несмотря на преклонный возраст, старик взлетел по лестнице на второй этаж, что мангуст.

— Вика! — орал Одинцов, стуча кулаком в створку. — Хватит дурить! Ты никому ничего не докажешь!

— Я и не собираюсь! — донесся изнутри гневный голос, по которому я понял, что леди на грани нервного срыва. А в таком состоянии можно сотворить что угодно.

— Лучше уйти с честью, чем жить с позором!

— Надо же, — Вивьен скрестила руки на груди и смерила меня презрительным взором. — А мы уж думали, вы не появитесь.

Алина молча отвернулась, а Захар виновато пожал плечами — мол, такие дела.

— Виктория! — я подошел вплотную к двери. — Это ректор. Позволь мне войти.

— Зачем? Мы не собираемся выслушивать очередные увещевания! Тем более, из уст предателя!

— А что такого, если я просто выскажу свое мнение? Тем более, что с моими талантами я все равно ничего вам не сделаю.

— Так говорите с порога!

— Я не могу орать на всю академию о том, что хочу сказать! — прорычал в ответ, и в трапезной воцарилась напряженная тишина.

Похоже, смутьяны советовались, и в конце концов признали мой довод логичным.

— Хорошо. Войдите. Но если войдет кто-либо еще — мы выпьем яд. И в этой клятве можете не сомневаться!

Я глубоко вдохнул, зачесал назад взмокшие волосы и открыл дверь.