Нерушимый-2

Настоящий, а не какой-то там «три топора». Саша! — Она придвинула ко мне столик, уселась напротив, кокетливо подперев голову рукой. — Я тебя не отпущу, пока чаю со мной не выпьешь!

Она принялась резать торт, приговаривая:

— Прощай, талия! Надо же — «Киевский»! Сашка, змей ты искуситель! Вот как с тобой удержаться?

На столе появились принесенные мной апельсины с мандаринами и бананы. Две прозрачные чашки с чаем, над которыми клубился пар.

— Рассказывай, как там было? — Ее глаза сияли, она хотела слушать и представлять себя там — в вечернем платье, хотела прикоснуться к сияющей запретной жизни.

— Там было…

Хотелось сказать, что о таких, как она и я, там просто вытирают ноги. Но тогда придется вдаваться в неприятные детали. Вместо этого я молча вытащил из куртки, которую так и не снял, два билета на турнир, семьдесят рублей, которые должен за новогодний праздник, и положил все это на стол.

— Мне не хочется говорить, как там было, Наташ. Просто поверь, там мало хорошего.

Увидев билеты, она меня уже не слушала. Не веря своим глазам, протянула руку, коснулась их. Наверное, так же вела бы себя фанатка, получившая допуск в ВИП-ложу на концерт своего кумира.

— Один твой, другой Настин. Мы с ней повздорили немного, передашь ей?

— Боженьки, второй ряд! — Она мечтательно закатила глаза, уже представляя себя там.

А потом, не сдержав чувств, вскочила и обняла меня.

— Спасибо! Огромное… великое спасибо!

Казалось, еще немного, и она воспарит.

За всю жизнь я трижды видел таких счастливых людей: Алену, когда она наконец забеременела, Шрека час назад и теперь вот Наташу. Но самое забавное, что причиной их счастья был я! Оно передавалось мне, и я тоже был счастлив.

Представив феерию эмоций, когда миллионы болельщиков будут радоваться победе нашей сборной по футболу, я невольно улыбнулся.

И в этот момент дверь распахнулась. Наташа отшатнулась от меня, побледнела.

Я сидел спиной ко входу, потому сперва услышал Настю и лишь потом, обернувшись, увидел.

Красная до кончиков ушей, она сжимала и разжимала кулаки, источая ненависть.

— Вот, значит, как! — прошипела она.

— Это не то, о чем ты подумала, — пробормотала Наташа и указала на стол. — Давай с нами…

Настя запрокинула голову и зло рассмеялась.

— С вами — это тройничок? Так и знала, что ты шалава! А Вадик знает?

— Ты свихнулась? — Теперь вспыхнула Наташа.