Чокнутый электрик (Заморожен. Не закончен)

Ну, кто ему виноват, что выбрал подешевле!

— Ладно, сам схожу, а ты иди, дрочи на свои книжки.

Ничего не ответил Хатаке, промолчал как партизан. Что поделать, иммунитет выработался к моим шуточкам.

Кстати говоря, кроме Джирайи похабные истории писали еще несколько авторов, но их Хатаке читал только чтобы убедиться в невьебенном таланте Жабыча. Настоящий фанат-хомячок. Еще и жаловался как плохи все те авторы, которые не Джирайя.

Но настроение у меня было замечательным, аж душа пела, а все потому, что сегодня выдавали зарплату! А еще с этой получки я закрывал кредит на собственный участок.

— Если однажды горячее солнце, — замурлыкал я шансон, — Станет холодным, как утренний лед.

А Хатаке ухо повернул, ловит незнакомые слова.

— Если зима жарким летом вернется,

И на песок белый снег упадет,

Если беда, что ничем не измерить

Рухнет на землю, косою звеня,

Я буду знать, всё равно, что ты веришь,

Я буду знать, что ты любишь меня…

Прислушавшись к моему мурлыканью, Какаши вдруг подал голос: — Как можно знать столько песен о любви и при этом ходить по борделям?

— То есть, чтобы спеть «я маленькая лошадка», надо быть лошадью, которая возит забористую дурь?

— Нет, — устало, — я не об этом.

Смотрю как на дебила: — Кто бы говорил…

— Она из вражеской Деревни.

— Велика проблема! По голове тюк, гендзютсу, расписались, а потом она задолбается доказывать, что не верблюд.

— Не по-людски это как-то…

— Повторюсь: кто бы говорил, — ехидно пропел я.

— Я уже извинялся!

— Стой тут, — заметил я вывеску с ножницами.

— Хватит напоминать!

Отмахнувшись, спрыгнул вниз, сняв маску АНБУ и изменив при помощи иллюзии одежду. Выйдя из парикмахерской, я поднял отрезанный хвост, как индеец скальп врага, показывая его Хатаке. Какаши ничего не сказал, зато сложил на груди руки и фыркнул.

— На, гребаный фетишист, — длинный пучок, плотно перевязанный черной резинкой, полетел в сторону напарника.

Год назад, в споре о техниках, я проиграл, и мне пришлось отрастить волосы, той же длины, как на фото у Хаширамы. Если бы выиграл я, то тот же год Хатаке отходил без маски, но я проиграл.

— И что ты дуешься, я не пойму?! Ты еще скажи, что-то время пока я волосы отращивал не считается!

Когда мы вернулись на крыши, нас нагнал АНБУ в маске воробья. Судя по спешке, кто-то опять налажал, а нам геройствовать придется.

Но я не угадал.