Рысюхин, надо выпить!

– Также это именно тот хитросделанный умник, которого никак не могут поделить несколько имперских служб. Тот, благодаря которому я получил повышение в конце лета, благодарность в приказе и две премии осенью, а также ожидаю ещё кое-что приятное в ближайшие дни.

На плечо опустилась рука Машиного папы.

– Я был несколько удивлён, увидев здесь именно его и до сих пор не понимаю, где и как он ухитрился успеть познакомиться с Машей. Химик-эксперт из него получился хороший, как аналитик – тоже не плох, какой получится зять – пока непонятно.

– Папа!!!

– Что «папа»? До этого ты никого домой не приглашала, так что из этого, а ещё из услышанного там, в кабинете, могу сделать выводы…

– Приглашала, но…

– Чтоооо?!

– Так, а что это мы всё в прихожей стоим? – попыталась перевести тему Машина мама, так не вовремя вставившая своё уточнение.

– Так знакомимся! Все со всеми, похоже. – Мурлыкин с каким-то профессиональным интересом смотрел на жену и дочку.

– Ой, точно! Мама, это – Юра, Юра – это моя мама, Екатерина Сергеевна.

– Маша не то решила таким образом обыграть папины слова, сведя всё именно к формальной процедуре, не то и правда не заметила всех смысловых слоёв, о которых мне дед рассказал. Сам бы я тоже решил, что хозяин дома намекает на эту неловкость. Мурлыкин хмыкнул, но ничего не сказал.

– Прошу всех в гостиную, – вновь попыталась вернуть ситуацию в стандартное русло Екатерина Сергеевна.

Разуться не предложили – не то специально, не то забыли из-за суеты. Я, пропустив хозяев вперёд, показывать дорогу, молча тронул Машу за руку, привлекая внимание, потом так же молча ткнул пальцем в ботинки и попытался придать лицу вопросительный вид.

Та закатила глаза.

– Маааам! Мы тут немного задержимся – надо кое-что сказать Юре наедине.

– Не увлекайтесь тут особо, хм, разговорами! – Буркнул Василий Васильевич.

Кажется, нас неправильно поняли. С другой стороны, в процессе смены ботинок на домашние туфли обнять и поцеловать мою Машу я тоже успел. Получается, не так уж сильно он и ошибся, зато Мурочка приободрилась, почувствовав, что я менять своё отношение к ней не собираюсь.

Спросила только:

– Вы что, пили там?!

– И даже без закуски. И если я срочно чем-нибудь жирным или пористым не заем, то может и развезти.

И ещё одну тему успели поднять, пока шли по коридору.

– Ты про сестёр не говорила.

– А что с ними не так?

– Я для них ничего не принёс.

– Ерунда, я всё приготовила.

– Я рассчитаюсь.

– Позже. Пришли уже.