Чёрный лис. Том 1

Но консервы, рис в плотных пластиковых пакетах, рыба и соевый белок в вакуумных упаковках - остались целы.

- Я видел, что случается с теми, кто не справился с эфиром, - упрямо гнул своё Такеда. - Кровь закипала у них в жилах. Мозг взрывал череп, и глаза выпадали из глазниц... - мальчишку начало трясти - вероятно, начал проявляться шок. - А меня только отбросило в сторону, и всё.

- Послушай, - я выпрямился, держа в руке пучок морковки. - Давай предположим, что таким образом сработала наша общая сила, - и тут мне пришла в голову вполне разумная мысль.

.. - Катастрофы случались, когда кто-то пытался противопоставить свою силу - силе другого, верно? - Такеда неуверенно кивнул. - А мы с тобой старались действовать слаженно. Вместе, понимаешь?

Мальчишка затряс головой.

- Сэнсэям запрещено объединять энергетические потоки. Только буси могут это делать. Во время войны, с разрешения императора. Если мы нарушили закон - нам навсегда запретят использовать эфир.

Я почесал макушку не замечая, что в руке всё ещё морковка.

Пучок зелени пощекотал щеку, в нос ударил свежий запах травы. И почему бы Такеде не упомянуть об этом раньше?..

- А если мы никому не скажем?

- Сэнсэй знает, - угрюмо сказал Такеда.

- И что? Он тут же побежит докладывать?

- Нет. Сэнсэй - не такой.

- Значит, всё в порядке? Если ты никому не скажешь - то и я не скажу.

Тайна. Общее знание, недоступное другим, объединяет лучше любых слов.

- Ты не такой, как другие даймё, - сказал Такеда, вешая на плечо набитую продуктами сумку.

Поврежденную руку он всё также прижимал к животу.

- Это уж точно, - согласился я, отрывая от рубахи вторую полосу и сооружая из неё удобную перевязь для его запястья. - Поверь, друг: не все люди одинаковы.

- Ты назвал меня другом? - что-то было в его глазах... Жгучая ярость, а сквозь неё - надежда.

- После всего, что с нами случилось? Конечно.

До самого вечера мы перетаскивали продукты. Такеда настоял, чтобы мы отыскали все рассыпавшиеся яблоки, пакетики с чаем и спички - собирая их по одной, в уцелевший коробок.

После третьего подъёма я думал, что больше никогда не смогу ходить - не только по ступеням, но и по ровной местности.

Но присев наверху, у небольшого ручья, мы от души напились, а потом погрузили натруженные ноги в ледяную воду.

Такой свежей и вкусной воды я не встречал нигде. В ней был привкус цветов, скошенной травы, каких-то ягод и мяты. Эта вода сама по себе была, как лекарство. И исцеляла не только тело, но и душу.