Итан Хазгу. Проклятый лес

Друзей я здесь встретить не надеялся, а весь мой опыт просто вопил о том, что дела плохи. Не став ничего дожидаться, я поспешил к гати. Ноги проваливались по колено и мне пришлось выломать себе гнилуху, чтобы приспособить ее под посох и опираться на него.

Шагая вперед, я приметил на крупном пне жилище духа. Так здесь назывался небольшой комок из тонких веточек. Шаман учил, что благосклонность многих обитателей леса можно заполучить, приложив совсем мало усилий. Сейчас, когда за моей спиной погоня, я вспомнил его слова и остановился около пня.

Там, сорвав небольшой цветок, я разместил его рядом с жилищем духа и попросил помочь и сбить преследователей со следа, обещав щедро отблагодарить при первой возможности.

Скользкие бревна гати почернели от времени, но еще держали, не давая ухнуть в болото. Шагов через двести я оглянулся и увидел черного пса, большими скачками бегущего вслед за мной. Позади него по склону почти бегом спускались два мужика в лесной амуниции и с луками в руках. Меня они видели, но стрелять не могли — было еще слишком далеко.

Соваться в болото им явно не хотелось, но видя, что я без оружия, отзывать собаку они не стали и сами полезли на гать. Я бежал, прыгая с бревна на бревно, и молясь не оступиться. В одном месте была широкая прогалина и я не задумываясь прыгнул, пролетев над темной водой. Ноги с хлюпаньем ушли почти по бедра, но я успел выбраться прежде, чем на меня прыгнул пес. Он метил в грудь, но я встретил его тычком посоха и смог сбить в воду, а потом еще и добавить сверху, пытаясь притопить и вынудив отплыть от меня и выбираться на той стороне.

Егеря подоспели слишком поздно, и мне удалось от них оторваться, скрывшись в небольшой рощице. Я некоторое время наблюдал, как они совещались, указывая в мою сторону, а потом побежал дальше, стараясь избегать явных топей. Мне показалось, что они не очень спешили, так что, может быть, они и бросят погоню.

Отделавшись от преследователей, я прошагал еще с полкилометра и добрался до небольшого островка, на котором стояла хижина, а рядом с ней серый, испещренный неизвестными символами четырехгранный обелиск.

Надписи шли ровными рядами, покрывая это штуку от тупого острия до середины. Сверху с одной из сторон была виднелась крупная руна, аккуратно вырезанная в камне и, как будто, залитая черной краской.

В домике нашлась кровать, очаг, запас дров, огниво, кирка да пара деревянных мисок. Огонь я до заката решил не разводить, чтобы не выдать себя дымом, но вышло иначе.