Последний Шаман

- Чаво такое, заплутал что ли?

Задумываюсь вслух, а сумерки уже вплотную подходят, и хоть месяц август достаточно тёплый, в лесу холодком ощутимо веет.

- Да что это за… Йопжеж!... За залу**нь-то такая, - чуть лесу душу не отдаю, от бугорок споткнувшись. - Тут же ж таких не было никогда.

И то ли зрение подводить начинает, то ли темень наступает слишком быстро, но свернул я явно куда-то не туда и спотыкаюсь теперь всё чаще. Пока сил хватает, всё бреду и бреду, и должен уже лесок этот треклятый насквозь пройти, а он всё не кончается.

Наоборот, с каждым шагом становится всё гуще и гуще, пока и вовсе сквозь ельник прорываться не остаётся ни сил, ни желания.

Встаю отдышаться и, хоть и поздновато, но всё же решаю прислушаться. С наступлением ночи поток курсирующих на Столицу дальнобоев увеличивается и обычно отчётливо слышен. Да только вот ни их, ни огней габаритных не видно и не слышно, только звёздочки в небе поблёскивают.

Вот жеж. Шёл помирать, а теперь дорогу обратно ищу и выжить пытаюсь.

Экая же хрень.

Так и не услыхав их гула, решаю хоть на какой-то звук идти. И к удивлению, улавливаю вдалеке еле слышное журчание - то ли ссыт кто, то ли ручеёк сбегает. Хотя сколько себя помню, отродясь тут родниковых ключей не водилось, а из местных и нет никого, кто досюда дохаживал нужду справить..

Но пошёл на звук. А что делать-то остаётся?

И экая же оторопь меня пробирает, когда, сквозь кусты и ветки продираясь, я выползаю к лесному источнику.

Да ещё к какому! Ключ родниковый прямо из земли бьёт! Прям из двух валунов мшистых, которые выглядят древнее всего леска местного.

Так бы я и стоял в офигении, да только резкий шум крыльев над головой заставляет присесть и откашляться. Подавился с перепугу!

А когда прокашлялся, на камнях уже два ворона восседали.

Один белый.

Второй чёрный.

И вот тут я наконец смекаю, что к чему! Всё нормально со мной, и препарат действует как надо. Это же я наверняка лежу там же, где и присел, слюну пускаю, а всё происходящее просто-напросто галлюцинирую.

Предсмертный бред мне видится, одним словом. Ну правда, какой родник, какой лес бескрайний, какие вороны на камнях. Даже щипаю себя от всей души, да с улыбкой. . . .

. . . и было больно.

- Кааар! - вскрикивает Белый Ворон, и из клюва его цепочкой голубоватых чёрточек вытекают и повисают в воздухе тонкие символы, складывающиеся в слова.