Заново рожденный

Но даже вдоволь насытившись бедняжкой, я не собирался останавливаться. Выведав напоследок у Марфы всю интересующую в данный момент информацию, собрал найденную дома наличность и именные банковские карты и с легким сердцем отправился в длительный загул.

Дальнейшее я помню очень смутно. Воспоминания проявлялись застывшими картинами происходившего. Не полноценный видеоряд, но отдельные стоп-кадры, точно вспышки яркого света в кромешной мгле. Но и их хватало за глаза.

Я был там, где громко играла ритмичная, медитативная музыка.

Постоянно танцевал и пил много по-настоящему хорошего алкоголя. Заказывал самые изысканные, аппетитные и дорогие блюда. Любовался красивыми женщинами и наслаждался их разгоряченными телами в элитных отелях. У меня был секс сразу с тремя модельной внешности девушками! Мог ли я мечтать об этом каких-то пару дней назад?

С деньгами и положением для меня не существовало ничего недоступного. Видя тяжелую печатку с изображением раззявившего пасть медведя или паспорт на имя Алексея Павловича Михайлова, владельцы самых элитных ресторанов, клубов и борделей без лишних вопросов обслуживали меня по высшему разряду.

Я растворялся во вседозволенности и доселе непознанных наслаждениях. Точно в вязкое болото погружался из сонма сладострастных стонов, вводящей в транс гипнотической музыки и едва рассеивающего тьму ночных заведений дрожащего неона.

Запретные удовольствия опьяняли. Я терял самого себя, но не смел противиться столь желанному грехопадению.

Мне было плевать на окружающий мир. Я не собирался познавать его законов и правил, в упор не видел многочисленных различий и особенностей, не задавал лишних вопросов. Лишь упивался собственным могуществом, не желая признавать очевидное: жизнь моя изменилась самым кардинальным образом раз и навсегда.

Сплевывая желчью, я тяжело дышал и заметно дрожал. Сердце норовило вырваться из груди.

В этот раз я действительно перебрал. И немудрено. Темп взял воистину впечатляющий.

Четвертая или пятая ночь подряд после того, как покинул «отчий дом». Как вообще не помер-то? Или очнулся ото сна? Неважно. Факт оставался фактом: мне было очень тяжело. В голове шумело, перед глазами плясали разноцветные пятна, тело отказывалось слушаться.

Так и сидел я без движения в отдельной уборной для вип-клиентов, мутным взглядом буравя черно-белый кафель под ногами и периодически извергая из опустошенного организма горький желудочный сок.