Привратник миров

Растительности на лице у многих отсутствовала, и только мужик с посохом носил мелкие усики и тонкую бородка.

Одежда ничего особенного собой не представляла: простые домотканые рубахи серых и коричневых цветов, у спиритуалиста – синяя, расшитая узорами. Это могло значить, что маг был среди них главным.

С собой дикари несли свёрнутые накидки (или, возможно, спальники) и заплечные мешки из кожи. У каждого воина при себе имелись короткие мечи, напоминающие тесак с расширяющимся к концу лезвием, и короткие луки. Колчаны также висели на поясе.

Вот только у луков не оказалось тетивы, а у стрел, представлявших собой тонкие металлические пруты, отсутствовали наконечники. Зато везде были начерчены непонятные символы.

Первым делом я поднёс руку к голове каждого убитого, и растущий из ладони жгутик высосал спиритуалии. У мужика с посохом их оказалось сто восемь, у остальных, как и у ранее встреченных «собак» – менее десяти. Таким образом, у меня было уже пятьсот восемнадцать спиритуалей, и система выдала сообщение о новом уровне и ещё трёх пунктах прогресса.

Я стал внимательно осматривать оружие дикарей. Взял лук по центру, начертанные на дереве знаки засветились, появилась тонкая светящаяся тетива.

– Эй, парень, стой, где стоишь! – вдруг раздался голос сверху. – Положи лук, подними руки, чтоб я видел.

Я резко обернулся и увидел на крыше дома ещё одного мужика, одетого почти так же, как и пятеро убитых. Он целился в меня из лука стрелой со светящимся наконечником. Вот только незнакомца никак нельзя было принять за дикаря: говорил он на чистом русском языке, а его кожу покрывала такая же бронзовая ячеистая оболочка, как и у нас с сестрой.

Первой моей мыслью было шарахнуть своим навыком, чтобы вырубить боевой модуль незнакомца, но, во-первых, я не был уверен, что добью до крыши, во-вторых, если использую навык, останусь с нулевым балансом энергии, а в-третьих, было интересно узнать, кто он и что от меня хочет.

– Ты кто такой и что тебе надо? – спросил я, кладя лук на землю.

– Первый раз вижу здесь энергетиков, – проговорил незнакомец.

– Сюда не знает дороги никто, кроме меня и ещё одного человека. Назови себя. И пусть твоя подруга выйдет из дома.

– Это ни к чему. Она останется в укрытии, а мы поговорим наедине.

– Хорошо. Тогда назовись.

Я задумался, а стоит ли называть себя? С другой стороны, какой смысл скрывать? Вероятно, этот человек знал отца ребят. Но его намерения оставались непонятными.

– Константин Долгополов, если тебе о чём-то скажет моё имя.