Каждый мародер желает знать...

- У Юрия случайно фамилия не Матонин? - спросил я.

- Не знаю я… - сквозь слезы прорыдала девушка. - Если бы я знала, что за монеты, то сама бы их дяде Гансу отдала. А теперь может уже и папу убили, и маму. И братьев…

- Ну-ну, не плачь, детка, - женщина снова обняла Грету и зло зыркнула на меня. - Что привязались к девчонке, не видите, ей и так несладко пришлось!

- Да мы вроде… - начал оправдываться я, но замолчал. Все-таки, есть какая-то магия в таких вот бойцовых тетках. Смотрит на тебя, а ты уже мысленно перебираешь недавние события и прикидываешь, где накосячил, и за что надо срочно извиняться и оправдываться.

- Натаха, пойдем, наверное. Грета явно в безопасности, а у нас с тобой еще куча дел.

- Ага, - немедленно отозвалась Натаха и сделала шаг к двери. - Вы же позаботитесь о девочке?

- Да уж на улицу не выгоню точно! - женщина уперла руки в бока, принимая еще более бойцовскую позу. Засада, блин. Реально же, нигде не накосячил! Девочку вот из-под обстрела вытащил. А все равно чувствую себя как нашкодивший первоклассник.

Никакой защиты от них нет. Я бочком протиснулся к двери. Грета проводила меня испуганным взглядом. Ну ладно, вроде она в хороших руках. Эта тетка ее никому без боя не отдаст. Ну, если она сама не работает на Юрия Матонина какого-нибудь. Но если в каждом случайном встречном видеть врага, то так и с ума можно сойти.

- А что у нас за срочные дела? - спросила Натаха, когда мы вышли за ограду.

- Да никаких теперь дел, что уж, - я хмыкнул.

- Но просто сидеть дома у этой дамы - тоже так себе развлечение.

- Интересно, Ганс ищет те самые монеты? - спросила Натаха.

- Ага, я тоже об этом подумал, - я кивнул. - Только что-то не похоже, что он собирается их выкупать…

- Может быть, это какие-то другие монеты? - Натаха пожала плечами.

- И другой Юрий, ага, - буркнул я. - В любом случае, Крюгеры сейчас выглядят крайне сомнительными покупателями.

Как будто иллюстрируя мои слова в стороне особняка Крюгеров снова застрекотал пулемет.

Мы, не сговариваясь, свернули в сторону Толкучего рынка.

Уже издалека стало понятно, что там тоже сегодня базарный день не задался. На здоровенной бочке, гордо подбоченясь одной рукой и положив другую руку на дробовик, стоял Вахопулов. И горячо вещал что-то собравшейся перед ним толпе мужиков. Тоже вооруженной, но в основном не ружьями, а вилами и лопатами. Кажется, тут собиралась армия для усмирения штурма особняка Крюгеров.