Ваше Сиятельство 1 (+иллюстрации)

Приятели графа Сухрова разом притихли, никто не ожидал такого поворота. Признаться, я сам не ожидал. Память прежнего графа Елецкого подсказывала мне, что Еграм гораздо более осторожный и расчетливый в бою, а здесь вон как получилось: очень неожиданно, красиво, удачно.

Он двинулся на меня, сильно прихрамывая, размазывая кровь по лицу.

- Что, Еграшка, сопельки потекли? – усмехнулся я.

Не в моих правилах куражиться над неудачей противника, но сейчас это полезно. Он наверняка разозлиться еще больше и потеряет остатки осторожности.

Тем более «Еграшкой» его еще никто не называл. Как же будет обидно «великому» Сухрову, если такое прозвище прилипнет!

Мой расчет оказался верен: он заревел и бросился на меня, взмахивая руками, превратившись в обезумевшую мельницу. Вот здесь и я пропустил удар. Очень неприятный, косо в скулу. Как только зубы не остались на месте. Теряя равновесие, я упал. Откатился, уходя от удара ноги. Поклонники Сухрова взорвались радостными воплями. Воздух разрезал вскрик Айлин.

Сухров было поспешил навалиться сверху на меня.

Это точно стало бы самым скверным, что можно представить в нашем поединке. Однако я увернулся, вскочил на ноги, быстро приходя в себя после удара и повторно активируя «Усы Тигра». И снова я провел удар ногой по его левой, уже травмированной – он на нее заметно хромал. В этот раз удар вышел четкий и сильный - выше колена, в болевую точку, рождая волну неприятных ощущений, повреждая связки.

Теперь Еграм взревел не от злости, а от боли. Он схватился за ногу, злобно сверкая глазами.

Капли крови стекали с его подбородка на землю.

Краем глаза я заметил: над пустырем зависла вимана с красной и синей полосой – полиция. Скорее всего, летающая машина сейчас приземлится, и у нас возникнут неприятности. Но останавливаться в поединке нельзя, потому что Сухров точно не остановится. Здесь или я его, или он меня. Воспользовавшись заминкой, я провел еще удар, снова в ногу, теперь во вторую, на которую он опирался. И кулаком тут же резко в голову – снизу вверх в подбородок.

Не знаю, как там с его зубами – Еграм упал.

За спиной я услышал радостный возглас Ковалевской.

- Саша! Ну ты даешь! – восхитился Рамил Адашев. – Кому-то надо удирать – полиция, - заметил он.

Полицейская вимана садилась на южную часть пустыря, заросшую высокими сорняками. Удирать стоило. Но не всем. Уж я-то знал, что дальше последует: всех (или многих) простолюдинов заберут в виману и отвезут в участок, для разбирательства, составления протокола.