Ваше Сиятельство 1 (+иллюстрации)

Могут продержать в «отстойнике» до вечера и более. А тех, у кого есть дворянские жетоны, конечно, не тронут, но перешлют наши имена-фамилии в канцелярию Императорского Надзора Чести и Права. Если здесь не случилось особо неприятных событий: в драке никого не убили и не покалечили, то нашим семьям просто разошлют замечания и напомнят о некоторых статьях дворянского кодекса. А у нас особых неприятностей не стряслось. Если у Сухрова повредились коленные связки и вылетела пара зубов, то разве это неприятность?

Еграм, рыча волком, стал на четвереньки, пытался подняться на ноги.

Именно сейчас, когда он уже не лежал, по нашим правилам я мог нанести еще удар. И даже Ковалевская меня подначала:

- Чего медлишь, Саша? Подумай, что он сделал бы с тобой!

Большая часть поклонников Сухрова потянулась к дыре в заборе: кому-то продолжение стало неинтересно, кому-то не хотелось общаться с полицией. В то время вимана села, выставив массивные опоры. С громким жужжанием открылся люк. Шустренький урядник в блестящей кожаной форме, спрыгнул на землю и заорал в рупор:

- Не расходиться! Всем стоять на местах!

После его слов народ начал шустрее лезть в дыру в заборе.

Кто-то для удобства выломал еще пару досок. Урядник заорал громче и для острастки выстрелил в воздух из порохового пистолета. Другие полицейские чего-то медлили с выходом из летающей машины.

Все еще с напряжением наблюдая за Сухровым, злобно зыркавшим на меня, я ощутил нежные руки Айлин, она прижалась ко мне сзади. Спиной почувствовал ее мокрое от слез лицо и частое дыхание.

- Айлин, пожалуйста, уходи скорее! – поторопил ее я, повернувшись. – Бегом к школе. Я скоро туда приду! Просто жди там!

Край как не хотелось, чтобы ее забрали в Елисеевский участок. Это место очень суровое, там за железными решетками держат всякий сброд. Госпоже Синицыной точно туда не надо.

- Я никуда без тебя не пойду! – произнесла она с непреклонной уверенностью.

На что Ковалевская, наблюдавшая, как Лужин и Адамов, пытаются отвести Сухрова в сторону, звонко рассмеялась:

- Глупая, ты хочешь, чтоб Саша потом бегал тебя вытаскивать из отстойника? Беги, девочка, беги отсюда пока можешь!

- Руки! Адам, ну-ка пусти! – Сухров окончательно пришел в себя.

Оттолкнул Адамова и, трагически хромая, направился ко мне.

- Елочка, еще поединок не окончен, - прорычал он, пошатываясь и пытаясь усмехнуться. – Полиция, видишь ли, помешала, иначе я бы тебя с грязью смешал! Как ты хотел, схлестнемся через…

- Если угодно, через два дня, - подсказал я ему.