Возвращение Узурпатора

Алексей сразу предупредил:

— Слыхал я о нём. Будь осторожней и следи за языком. Говорят, он довольно сварлив. А ещё достиг Бронзового воина, так что отношение к нему особое.

— Чего достиг?

Алексей посмотрел на меня так, будто я неудачно пошутил, но затем до него дошло, что «потеря памяти» затронула и эту область знаний.

— Бронзовый воин — это стадия духовного развития Источника, — терпеливо объяснял он, пока мы шли к самому большому дому в деревне. — Чем она выше, тем сильнее человек. Стадии тоже делятся — на десять ступеней…

Короче, потомки меня неслабо удивили!

Они теперь свои Источники повально научились развивать и усилять.

Использовали для этого какие-то, как выразился Алексей, «Практики» и могли самостоятельно извергать магию.

Бронзовый воин был третьей стадией развития и состоял из десяти ступеней. Перед ним были Ученик и Отрок — тоже поделённые на десять частей.

Придумали, конечно…

Мы раньше использовали Истоки, оставленные богами по всему миру. Это были предметы или священные места, где они закладывали часть своих сил.

Мой меч, например, был одним из самых могущественных Истоков.

Но рывок в силе я совершил, научившись Гласу богов. Эта техника позволяла обходиться без Истоков, а напрямую черпала природную силу богов и через мой духовный Источник являла её в мир.

Научился, правда, этой технике совершенно случайно. Там долгая история, связанная с одной богиней, морем выпитого вина и постельными утехами, после которых я едва мог…

В общем, изначально это была не боевая способность.

Но я-то смышлёный.

Раз уж одна богиня смогла научить меня нескольким словам, я попытал счастья у других богов, уже без вина и постели. Ну, в большинстве случаев…

В общем, после многолетнего путешествия по миру я достиг такого могущества, которое не могли себе представить сильнейшие на то время воины.

А теперь какие-то стадии, ступени… Не магия, а лестница какая-то. Но ничего, разберёмся.

Выхода всё равно нет — Глас богов перестал работать.

Дом старосты был двухэтажным, добротным и крепким. А двор был не хуже, чем у семьи Алексея.

Постучавшись, мы вошли внутрь, прошли сени и оказались в просторной комнате, в углу которой стояла большая печь.

За столом сидел мужчина лет пятидесяти. Бородатый, чуть лысеющий, с пробившейся сединой. Морщинистое обветренное лицо и грубые руки выдавали тяжёлую жизнь, полную труда и лишений. А на шее висела потрёпанная бронзовая гривна.

Он встал при виде нас и почтительно поклонился.

На этом, правда, его почтение и закончилось.