Рысюхин, шампанского!

Сегодня мы собрались здесь, дабы возвысить достойных, наградить отличившихся и принять клятвы у верных. Я рад, что ни те, ни другие, ни третьи не иссякают в Нашей Империи. А больше всего рад, что сегодня никого не придётся награждать посмертно. Приступим же!

Если первые две фразы были явно ритуально-протокольными, то третья – от души. Откуда-то из-за спин свиты Императора вышел человек, который вызывал награждаемых и, пока те шли к Императору, кратко зачитывал формулу награждения – за что и чем. Потом один из сановников или – очень редко – сам Император вручали награду и документ о награждении.

Следовала краткая беседа с Государем – когда в полный голос, а когда и тихо, не для лишних ушей, и вызывался следующий, а сияющий награждённый возвращался в наши ряды. Одному из чиновников неожиданно для него и коллег за, как было сказано, «действия, послужившие к спасению жизней и здоровья множества подданных Наших и Государева имущества» вручили не просто ожидаемый орден, но – с жезлами. А уж когда Император отдельно поблагодарил за решительность действий и отметил это кабинетским подарком – такими же, как у меня, часами с вензелем – награждаемый чуть сознание не потерял от избытка чувств. Такой подарок, напомню, означает Высочайшее благоволение и амнистию за все прегрешения, исключая государственную измену и умышленное убийство. Видимо, эта самая «решительность» была сопряжена с нарушением некоторых правил у уложений, что явно тревожило награждаемого.

Двое военных, штабс-капитан и поручик, оказались сослуживцами из приграничного гарнизона.

Они, как следовало из наградных документов, узнав о набеге людоловов-кочевников с малым отрядом бросились в погоню, опередили бандитов и приняли бой на границе, сражаясь три часа в полном окружении (с той стороны у банды была поддержка), пока подошедшее подкрепление не размотало банду, а затем и нанесли по приказу штабс-капитана «вразумляющий» (так и написали в документах!) удар по сопредельной территории. Причём старший из офицеров и был тем, за кого Император радовался, что награждать будет не посмертно – тот сорвал источник и две недели находился в коме, пока врачи латали тонкие тела. Офицер даже потерял уровни, сохранив дарованный богами потенциал, и теперь ему предстояло снова брать второй барьер. Он, помимо ордена и новых погон, получил приглашение в какой-то особый учебный центр в Карелии для быстрого и качественного восстановления уровня[1].