Райдзин. Проект "Цербер"

– Конечно ящик, Коль! На бутылку спорить вон с подружками той рыжей баронессы иди, которая тебя недавно отшила на балу…

– Ящик так ящик, – ответил Никонов, уязвленный упоминанием о баронессе, которая не только отвергла его ухаживания, но и прилюдно высмеяла порыв молодого лейтенанта.

На этом беседа и закончилась. Возмущенный непрошибаемым спокойствием Никонова насупленный Кононов еще подышал громко, раздувая ноздри, а потом откатился на свое рабочее место.

Ночь дежурства прошла спокойно – и только под самое утро уже Никонов, катнувшись на стуле, подъехал к рабочему месту Кононова.

– Вуаля, – продемонстрировал он ему экран своего портативного коммуникатора. Кононов близоруко сощурился, читая заголовок новости:

Срочно! Чрезвычайное происшествие в городе Познань!

В результате взрыва магистрали газа на улице Рольна разрушено несколько зданий, на месте работают чрезвычайные службы

– И что? – не понял Кононов.

Ему было простительно незнание – он был ответственен за участки границ Юго-Западного края с княжествами Вольницы, поэтому улицы Познани, и что там находится, не знал.

– А то! – наставительно произнес Никонов, поднимая вверх палец. – А то, мой дорогой проигравший мне ящик Курвуазье друг, что на улице Рольна находятся такие здания как Центр набора в Войско Польское, а рядом с ним – управление Агентства Внутренней Безопасности.

Никонову – как ответственному в том числе за Великопольское воеводство, как раз полагалось знать подобные нюансы.

– И? – все еще не понимал Кононов.

– Ну что «и»? Как ты думаешь, куда вчера вечером могли отвезти упакованный объект? Вчера вечером происходит стихийная активация, а уже ночью в городе огненный апокалипсис. Смотри как горит хорошо! Совпадение?

– Не думаю, – Кононову, признавая правоту друга и сослуживца, оставалось только согласиться. И вздохнуть: последнее денежное довольствие, то что от него осталось после раздачи долгов, он почти полностью потратил на покупку часов Пересвет – ведь какой нормальный офицер без хороших часов?

Кроме того, Кононов прошедшие пару месяцев ухаживал сразу за двумя кузинами (чтобы наверняка) баронессы Гулевской (той самой, что высмеяла на балу Никонова), и изрядно на обеих девушек поиздержался.

Так что сейчас лейтенант Кононов серьезно загрустил, мысленно ругая себя за горячность. Ведь чтобы выставить ящик коньяка Никонову, ему снова – как и в прошлом месяце, придется залезать в офицерскую кассу взаимопомощи.