Самозванец из Гессена

- Итак, Максимилиан, - без предисловий начала она. - У меня к вам выгодное предложение. Как вы поняли, у нас критическая ситуация, поэтому предлагаю следующее… Вы остаётесь у нас жить!

- С удовольствием погощу пару недель, - обрадовался я, помня, что на улице за нами кто-то следит.

- Нет. Я говорю не про несколько недель, а месяцев… Может, и лет. Мужчина, появившийся в доме Достоевских и не умерший от этого, будет лучшим доказательством отсутствия проклятия. Также, не скрою, хочу через вас осуществлять связь с внешним миром, пока весь негатив не уляжется.

Вы же с этого будете иметь не только бесплатное жильё, но и возможность обучения у Полного Магистра. То есть у меня. Ещё один немаловажный момент! Даже в нынешнем плачевном положении императорская семья сочувствующе относится к нам: мой муж в молодости спас жизнь тогда ещё принцу Александру Годунову. Раз вы решили надолго задержаться в России, то нужные связи вам необходимы. Я сумею предоставить их.

- Нет, - немного подумав, отказался я.

- Хотя предложение щедрое, но вместе с несомненными бонусами я получаю и проблемы Достоевских. Их из того, что услышал, скопилось немало.

- Намного больше. Нам будут всеми силами мешать снова возвыситься. Уверена, что будут бить по моей семье серьёзно. Вас, естественно, подобное тоже заденет. Но давайте начистоту: даже если откажетесь, то уже вляпались не только с нами, но и с графом Бугурским. В любом случае тихой жизни не ждите. Не лучше ли провести трудные времена в солидном особняке, а не ожидая в номере гостиницы наёмного убийцу?

- Мне нужно подумать.

- Думайте. Завтра Глафира отвезёт вас в миграционную службу, и после получения долгосрочной визы я бы хотела услышать ответ.

Мы вернулись обратно в зал, где я продолжил знакомство с семьёй Достоевских. По правде сказать, они мне понравились. Слегка зашуганная Екатерина оказалась не такой уж и букой, а умной, начитанной девушкой, способной поддержать разговор на любые темы.

Аня мне просто очень нравилась.

Всё никак не могу забыть вкус её поцелуя. К тому же за ангельской внешностью скрывалась очень острая на язычок особа, с которой было одно удовольствие устраивать лёгкие пикировки.

Лишь с Юлией Петровной мы почти не общались. Женщина сидела молча и с улыбкой наблюдала за молодёжью.

Сам не заметил, как ближе к вечеру мы перешли на “ты”, отбросив все манерные формальности.

- И что ты думаешь обо всём этом? - поинтересовался я у Такса, когда мы легли спать.