Виктор. Ментальный маг

Только бы на Жане не оказалось артефактов, защищающих от ментального воздействия. А так — хватит одного лишь незначительного гипнотического толчка, и он запоёт как миленький. Поскольку де Бур сам по себе являлся довольно открытым человеком и не чуял во мне угрозы.

К тому же он явно не проходил обучение у опытного наставника-менталиста, который научил бы его отражать ментальные атаки. Подобное обучение стоило дорого. Его могли себе позволить лишь богатые аристократы, вроде рода Меццо.

Между тем Жан вздохнул и посмотрел на меня.

А я тотчас перехватил его взгляд и совершил финальный пасс. Магия устремилась к голове парня, но тот не заметил её. А уж как она сработала сейчас мы и узнаем.

Я прямо спросил, глядя в глаза студента:

— Сударь, у вас какие-то серьёзные финансовые проблемы? Неурожай на родовых землях или шахту затопило? Или чем там ваша семья занимается?

— Тут секрета нет. Моя семья нынче занимается выживанием. Папенька всё наследство проиграл в вист и рулетку. Азартный был до одури.

Его весь Южноград знал. А на похороны почти никто не пришёл. И если тебе интересно от чего он умер, то, слава богу, не усрался насмерть, а всего лишь застрелился, — честно рассказал Жан и невесело усмехнулся. — Еле-еле мне на учёбу денег собрали. А ты чем живёшь?

Отлично! Вот это я молодец! Очень тонко сработал. У де Бура даже не останется провала в памяти. Парень посчитает, что он сам решил рассказать мне о своей семье. Теперь бы не спугнуть ростки намечающейся дружбы.

Я открыто улыбнулся дворянину, приглашающе махнул ему рукой и по пути к общежитиям скупо рассказал о себе.

А уже возле башни анималистов мы тепло попрощались. И Жан отправился восвояси. А я в очередной раз покосился на герб факультета. Он был выполнен из единого куска базальта и висел над арочным входом. И выглядел герб как двуглавый дракон, изрыгающий пламя. Хм… что-то мне этот зверь напоминает, но не могу вспомнить что.

Я снова не стал пинать память, проскользнул внутрь башни и очутился в просторном холле с витражным потолком и дубовым полом.

Тут меня встретил грозный окрик тучной мадам в кацавейке, отороченной мехом:

— Ваше студенческое удостоверение, юноша!

Я вздрогнул всем телом и поспешно подскочил к местной комендантше, которая явно когда-то тренировала Цербера.

Она глянула на мой документ и через губу процедила:

— Проходи.

— Благодарствую, — расплылся я в заискивающей улыбке и посмотрел на лифты с раздвижными дверьми.