Перекресток миров. Первые шаги Синигами

Ящер недовольно фыркнул и пошел дальше, он передвигался на четырех лапах и казался медлительным. Но я видел его диких собратьев, которые при необходимости вставали на свои мускулистые задние лапы и мчались с бешеной скоростью за своей добычей. А передние лапы скрывали немаленькие когти, да и пасть была смертельна: она с легкостью вырывала куски от жертв ящера.

Они неспешно продолжили свой путь, а я начал ползком приближаться к лагерю, моей целью была стоянка вьючных животных, у которых был сложен основной груз.

И именно там должны быть лишние припасы, которых не хватятся сразу. Кхаргов в лагере было чуть больше сотни, и я надеялся, что они не сразу заметят пропажу воды.

Я полз довольно долго, следя за всеми дозорными, что бродили около контура. Нет, все-таки Миуюки немного преувеличила слабость охраны Кхаргов. И только когда я подобрался к палаткам, то встал с песков, так как прозрение показывало ауры спящих путников. Я начал подбираться к поклаже, скинутой с огромных черепахоподобных животных, которых я видел впервые, и с ужасом смотрел на шипы на их хвостах.

Около них в пяти метрах лежали кучи сгруженного товара — разные ткани, специи, оружие. Это меня не интересовало, я искал воду, запас которой должен быть и был мне крайне необходим.

Бурдюк с водой я нашел довольно быстро. Сделанный из грубой кожи мешок с пробкой вмещал около семи литров и был очень тяжелым для меня. Но это была приятная тяжесть, и я еле сдерживался, чтобы не открыть его и не утолить свою жажду. Я знал, что мне это делать нельзя, но также подхватив небольшой мешок, который источал запах сушеного мяса, я взвалил их на себя и поплелся обратно к контурам, сгибаясь под весом того, что я украл.

Но по-другому я не мог поступить, и хоть я не заметил рабов, а только множество животных, нагруженных товарами, я не мог рисковать, да и никакой платы я не решился оставлять, так как это может спровоцировать их на погоню, когда они утром обнаружат потерю.

Дождавшись того момента, когда дозорные ушли с удобного участка, я вновь проверил свои следы и постарался еще сильнее слиться с тьмой.

Так как там, где я простоял пять минут, песок уже начал сминаться под моими ногами, говоря о том, что я не смогу вечно быть практически невидим.

— Прозрение, — шепнул я, так как не видел контура и мне показалось, что он стал в разы тусклее, еще одна активация зрения мне помогла. И хоть я с трудом различал все линии этого лабиринта, но все же переступил первую энергетическую линию.