Перекресток миров. Первые шаги Синигами

— И помните, семья Бёрнов и Синигами, все зависит от того, в чьих руках находится топор. Один рубит им дрова, другой — человеческие головы. — Хель направилась к двери, а родители молча наблюдали, как она проходит мимо меня, они были готовы в любой миг напасть на властительницу мира мертвых. — Думаю, что он подойдет Альрику, ваш сын еще мал для этого топора. Я буду очень зла, если увижу вас в скором будущем. Живите, пока живется, и не смейте умирать, — напоследок произнесла та, что зовется самым страшным чудовищем из богов Севера.

Проходя, она слегка задела мои волосы, а в моей голове начали проноситься видения и голоса.

Уже давно захлопнулась дверь за властительницей загробного мира, а топор теперь рассматривал отец, ожидая своей очереди, пока Миуюки открывала сундуки и вооружалась. А в моей голове до сих пор гремел голос Хель, и то, что она мне показала, стояло перед моими глазами.

— Судьба твоей сестры на перепутье, и только ты сможешь изменить ее путь, но ты можешь умереть! Что ты выберешь, возможную смерть или жизнь? — гремел голос в моей голове.

— Смерть, — ответил я ей, и в моем сознании начали вспыхивать яркие виденья.

Какой-то грязный шатер, где на шкурах насиловали мою сестру, которая уже не отбивалась, слезы просто тихо стекали по ее щекам. Когда один из северян вставал с нее, то через мгновение его место занимал другой. Видение сменилось, но я видел такой же грязный шатер и рожающую в муках сестру, которая была в бреду. Над ней склонилась старуха, которая, что-то пробормотав, посмотрела на находящегося в шатре мужчину из северных народов и заговорила скрипучим голосом:

— Неделю ей отдыху, а после в течение двух недель она должна вновь носить ребенка.

— Мужчина только кивнул на слова старухи, которая, осмотрев грязный шатер, добавила: — Следите за ее здоровьем, свиноматка должна нарожать нам много магов, ей нельзя умирать еще лет двадцать.

Когда видение покинуло меня, то отец с матерью уже были в броне, а в поселении тревожно бил колокол.

— Альмонд, спускайся в подвал и ожидай нас там! — грозно и серьезно проговорила Миуюки.

— Ты меня понял?

Я ей ничего не ответил, да и не было у них времени проследить, выполнил ли я их наказ: вдали был слышен рев, который не был похож на драконий, этот рев принадлежал великанам, что вернулись вновь спустя полтора века. Дом опустел, родители спешили, но я не спешил, я взял свой лук, натянул тетиву, из тайника под очагом достал небольшой горшочек с ядом, который я украл из сундука своей матери еще летом.