Соболев. Пробуждение Дара. Том 1. Том 2

В конце первого периода пришло сообщение из попечительского совета команды что Соболева не брать ни при каких обстоятельствах. Я пытался узнать в чём причина, но ничего. Только указание что Алексея в команде быть не должно.

— Тогда и меня в команде не будет! Потому что сегодня непонятно почему мы не берём топового игрока, а завтра что? “Извини Игорь, попечительский совет решил что ты больше не капитан и вообще до свидания”, — передразнил Куницын Карпова.

Я же в этот момент просто развернулся и вышел из комнаты, а потом и из раздевалки.

Мне всё стало понятно когда Карпов сказал что Волков прошел отбор. Если до этого момента я был готов спорить и что-то доказывать, то потом нет.

Мне понятно что случилось, и Куницыну было бы понятно если бы он знал о моих тёрках с Волковыми.

Оказывается не только у нас большая волосатая рука наверху дергает за нужные ниточки, а потом принимаются вот такие вот решения. Наверняка это работа Волковых, переговорили с кем надо, кому-то что-то занесли и готово.

Удивительно только как быстро эти гниды сработали, всего чуть больше часа прошло с момента начала отбора, а они уже всё обстряпали.

И что теперь делать совершенно непонятно. Хоккей был моей главной, пожалуй, даже единственной надеждой занять достойное место в этом мире. И, что еще хреново, ясно, что Волковы от меня не отстанут. Раз уж они пошли на то, чтобы напрямую нанести ущерб главной гордости Академии, то ждёт тебя Лёха большая такая задница. Забьют тут тебя.

Занятый этими невеселыми мыслями я вышел из ледового дворца и сел на его ступеньках.

Зрители к этому моменту давно разошлись, и мне никто не мешал просто сидеть и бездумно смотреть в ночное небо.

А оно было интересное. МИМА находится в центре огромного города, но при этом звёзды видно так же хорошо, а может даже лучше, как если бы я был где-нибудь далеко далеко от цивилизации.

Последний раз я такое видел в Хакасии, почти 10 лет назад, когда родители взяли меня на неделю в поход по Саянам. То детское впечатление я запомнил на всю жизнь.

И сейчас я видел тоже самое. Миллионы и миллионы звёзд смотрели на меня с неба, а я смотрел на них.

— Извини Лёха, что так получилось, — раздался сзади голос Куницина.

Он тяжёло вздохнул, сел рядом, достал из нагрудного кармана пачку сигарет, вынул одну и щёлкнул пальцами. Кончик сигареты тут же засветился огнём, еще один умелец обращаться с огнём, почти как старый князь Соболев.

— Будешь? — спросил меня Игорь.

— Нет, конечно, я же спортсмен.