Решала

Странная закономерность, но в большинстве случаев, я всегда притягивал не обычных женщин, а конченых сук. Не знаю, что уж они во мне находят, тем не менее это –факт. Возможно, именно так работает поговорка насчёт противоположностей. Только наоборот. К Максу Забелину всегда тянуло подобных ему самому.

– Разве договаривались встретиться? Не могу припомнить... Ах, да. Поэтому и не могу. Мы не договаривались. – Я был весьма вежлив с Мариной. Говорил спокойным, размеренным голосом. Улыбался.

Со стороны все выглядело так, будто мы не нарадуемся друг другу.

Хотя, судя по тому, как внимательно смотрела на нас девочка Берг, она явно чувствовала электрические разряды злости, летающие между мной и моим партнёром.

– Малыш, так сердце подсказало, что нам срочно нужно поговорить. Потому и кинулась на твои поиски. Бегала по городу, почти отчаялась. Думала, что-то случилось. А ты в столь приятной компании... Кстати, может, познакомишь нас уже?

Вот ведь сучка. Она завелась, теперь никак не выпровожу.

Злится, скорее всего, что пошел наперекор её мнению и уверенности, с семейством Берг нельзя связываться ни под каким предлогом и ни в каком виде.

Имеется у Марины, к сожалению, одна черта характера, за которую мне периодически хочется убить эту женщину. Огромное, несоизмеримое ни с чем, упрямство. Исходя из него, некоторое вещи она пытается решать за меня.

И вот такие выкрутасы злят ужасно. Я не ребенок, не марионетка, я сам знаю, куда мне идти и что делать. Иногда позволяю ей почувствовать иллюзию, будто она что-то может изменить в моем поведении.

Но чаще, как сейчас, это неизбежно заканчивалось ссорой. Мог бы я ее послать на хрен? Мог. Но... Не мог. Она спасла мне жизнь. Я вообще сейчас сижу за этим столом только благодаря ей и этому самому упрямству.

– Конечно, познакомлю... – Я широко улыбнулся Рыжей бестии.

Прозвище, которое использую часто по отношению к Марине, естественно связано с ее яркой шевелюрой. Один локон, выбившийся из прически, она сейчас наматывала на указательный палец.

Значит, нервничает, все-таки. Понимает, что ходит по краю. Я ведь тоже могу крепко разозлиться...

– Моника, это – Марина. Моя тётушка. – Я протянул руку и, хапнув ладонь "родственницы", поднес ее к губам.

Поцеловал женские пальцы, незаметно их при этом сжав так, что Марина, против воли, поморщилась. Хотя, это могла быть реакция на "тетушку". Она реально старше меня лет на десять.

Мммм... Да... Взгляд Рыжей сто́ил того.