Государь

Я-то уж было подумал!

Помявшись, личная целительница правителя дополнила свои прежние объяснения:

— Наставник очень сильный целитель, он крайне быстр в своих воздействиях, и он... Правитель. Его гнев может легко обернуться чьей-то смертью или сильными муками. Поэтому рядом с ним постоянно должна быть родная кровь, которую он даже во временном помрачении не уб... Не помыслит тронуть. Кто-то из царевичей или царевна, что будут успокаивать его и поогать удерживать внутренний покой.

Запустив пальцы в только-только расчесанную бороду, царь слегка растерянно пробормотал:

— Вот же докука! А ежели ты?!?

Вообще-то ученица первым же делом предложила именно себя, но — увы, получила от наставника отказ, вместе с убедительным объяснением оного.

— Мое место подле тебя, Великий государь. Пока я на страже твоего здоровья, наставнику спокойнее и легче пребывать вдали от отчего дома.

— Тоже верно... М-да.

Машинально вытянув из кармашка серебряный гребешок, сорокалетний властитель повертел его в унизанных перстнями пальцах, легко согнул-разогнул и положил перед собой, глядя отстраненным взором.

— Ты ступай себе, Домнушка, ступай милая. А мне надобно малость поразмыслить...

***

За стенами Теремного дворца кружилась-ярилась февральская метель, засыпая столицу колкой белой крупой из крупных снежинок — словно чувствуя скорое приближение марта-месяца. А с ним и наступление дня весеннего равноденствия, знаменующего наступление второй половины года семь тысяч семьдесят девятого года от Сотворения мира.

Ну, или как считали католики — тысяча пятьсот семьдесятого от Рождества Христова.

— Так, а теперь медленно напряги ногу и расслабь. Ваня, медленно!

Хм, а еще старого Нового года, что по сию пору втихомолку отмечал по городам и селам добрый христианский люд. Несмотря на то, что Стоглавый церковный собор еще восемьдесят два года назад решил перенести празднование наступления нового года с марта на сентябрь, дабы вычеркнуть из памяти народной традицию древнего (много старше самой Церкви!) праздника весны и обновления жизни — народ русский его упорно отмечал.

Хуже того, даже и не собирался забывать, пропуская мимо ушей все проповеди и призывы церковников. Что поделаешь, христианство на Руси было особенное — такое, что поскреби его чуть и запросто обнажишь стародревнее язычество...

— Теперь носок потяни от себя.