Иная судьба. Книга 1

Тот издали показал ему кольцо с сапфиритом – из числа драгоценностей, снятых с арестованной при подготовке к допросу. Все предметы, как и полагается, были описаны и лежали тут же, в специальном ящичке.

– Зачем тебе, не магичке, сапфирит? Зачем? Тебе был нужен именно он?

– Для моего ребёнка... – только и ответила Анна.

Её ребёнок будет магом, внезапно понял комендант. Возможно, будущим менталистом. А может, ещё кем-то, сильнее и страшнее... Во всяком случае, чрезвычайно редкий и дорогой камень, пополняющий магическую энергетику, мог пригодиться обычной женщине только в одном случае: если она забеременела от менталиста или, упаси боже, от некроманта.

.. или... Мэтр Карр почувствовал лёгкую дурноту. Его светлость, по-видимому, тоже. Во всяком случае, он побледнел.

– Записали? – поинтересовался по-прежнему сухим будничным тоном. – Признание налицо: обдуманная кража документа с планом защиты населённого пункта, последующая его продажа с целью наживы. Анна, ты не задумывалась хотя бы на минуту, для чего бритту этот план?

– Какая мне разница? – наконец-то ощерилась она.

– Да по мне, хоть что он с ним сделай – лишь бы тебе нагадить! Ты так носился с этим Анжи, так гордился собой и этим чёртовым защитным барьером, что я была бы не я, если бы не подложила тебе свинью! Понял, скотина?

Его светлость отмахнулся от парнишки, что уже подскочил с кляпом в руках.

– Не надо. Пусть говорит. Ей осталось немного, каждое слово на вес золота.

Он помолчал.

– Милосердия, говоришь? Хорошо, Анна, будет тебе милосердие.

Комендант похолодел. Неужели... отпустит, смягчится? Или что-то надумал? На лице у женщины промелькнула тень надежды.

– Я дам тебе шанс, Анна. Своим скудным умишком ты даже не осознавала, на что обрекаешь мирных людей, виноватых лишь в том, что тебе загорелось напакостить напоследок. Ты знаешь, что менталисты могут не только носить в себе воспоминания, но и передавать их? С эмоциями, болью, ощущениями – со всем, что чувствует тот, с кого их считали.

Приблизьтесь, мэтр Роше.

Он поманил к себе вестника из Анжи.

– Вот, Анна, видишь его? Он носит в себе последние минуты жизни пятнадцати человек. Больше его разум просто не выдержал бы, но для обвинения и приговора тебе и всей вашей шайке вполне хватит. Со сволочью Гордоном я ещё разберусь, для него пощады не будет; но я – судия для всех своих подданных, Анна, а суд должен быть справедливым. Я приговариваю тебя к трём смертям.