Любовь против нелюбви

Это было правильно — от неведомого зла нужно уметь защищаться. Ну и предстоит выяснить — что там происходит, в этом гадючнике, который за какие-то грехи стал новым Катерининым домом.

14. Шагнуть во тьму

Дотренировались снова до полного Катерининого бессилия — как и накануне. Мэгвин вздыхала и ворчала, что скажет кому-то — чтоб приглядел.

— Кто приглядел? Зачем приглядел? — не понимала Катерина.

— Затем, что я здесь больше не останусь.

Что? Катерина уже привыкла рассчитывать на ворчливую старуху — потому что та знала тут всё, и знала о Катерине правду.

Как так она здесь не останется?

— Постой, почему это не останешься? А как же я?

— А ты уже сейчас сильнее любого из них. Да и память тела какая-никакая пробудится. Будешь применять свою силу с умом — будет толк. А ты, как мне показалось, умеешь.

— Нет, погоди. Ты меня для чего из дома вытащила?

— Для того, что пообещала. Исцелить Кэт.

— Зачем? — в отвращении сморщилась Катерина. — Вот пусть бы и оставались без неё! Я ж не выживу в этих ужасных условиях! С этими ужасными людьми.

— Не все из них ужасны, — пожала плечами Мэгвин, — а некоторых можно просто не брать в расчёт, да и всё. Ты — не Кэт. Тебя так просто не испугаешь. Я думаю, ты даже найдёшь какое-нибудь удовольствие в том, чтобы навести порядок — во владениях и в головах.

— Делать мне нечего, всю жизнь, значит, работала, и теперь — снова работать? — Катерина не заметила, как сорвалась на крик.

А Мэгвин, наоборот, — замолчала.

— Прокричись, полегчает.

— Кому ты пообещала, что вылечишь Кэт, и зачем?

— Роберту. Затем, что мне была предложена такая плата, от которой я не смогла отказаться. Откровенно говоря, мне вернули — меня.

— Что? — Катерина даже на постель обратно села.

А Мэгвин разжала пальцы — и у неё на ладони Катерина увидела кольцо. Серебряное кольцо со странным мерцающим камнем — вроде и серым, а вроде и синим. Пять ажурных зубцов охватывали тот камень — красиво.

— В этом кольце заключена частичка меня. Тот, у кого эта вещь, может мне приказывать.

Просить выполнить желание или просто заставить себе служить. Так вышло, что нынешний лорд Грегори Телфорд взял эту вещь там, откуда брать его никто не просил. Воспользовавшись моим горем.

— Украл, что ли? — не поверила Катерина.

— Просто взял. Снял с пальца своего умершего прадеда. Пока я приходила в себя, не сумев отпросить его у смерти ещё на день. Шестьдесят лет и ещё три года мы были вместе, но — нет ничего вечного на этой земле.