Бастард Ивана Грозного - 1

Ну, как изучал? Просматривал видео-уроки за чашкой чая.

- А ты не убил душегуба? – Обеспокоенно спросил боярин.

- Придушил малость, а то он меня чуть в жаровню задом не посадил. Связать надо.

Дьяк уже начинал дёргаться, но «контроль» был чётким.

- Ловко ты его уложил. Его ремнём и скрути.

Санька перевёл дьяка в положение второго контроля, распустил ему пояс и накинув на шею, прикрутил к вывернутой руке, потом прикрутил и вторую руку. Это получилось у него так ловко, что боярин только крякнул.

- Научишь потом, - сказал он, связывая руки второму бугаю.

- Сам не знаю, как выходит. Нечаянно.

- Ладно, о том в другой раз. Сейчас о другом… Ты всё видел и слышал? – Спросил боярин писаря.

Писарь что-то прохрюкал. Иначе те звуки, которые он издавал гордом назвать было нельзя. Но при этом писарь усиленно кивал головой и Адашев воспринял это, как ответ «да».

- Запиши всё, что видел и слышал подробно. И аккуратно. Государь читать станет. Всё напиши и то, что было сказано про тебя.

- Не погуби, боярин!

- Рцы мне, тля! – Гаркнул Адашев.

Санька меж тем оделся.

- Что ж ты такой волосатый, - спросил его Адашев.

- Уродился такой. За то меня и в лес отнесли и к медведице положили в берлогу. Она и выходила.

- Святые угодники! – Всплеснул руками боярин. – Так ты – лесовик. Слыхать, слыхал про такое, но видеть лесовиков не приходилось. Но они же дикие совсем становятся…

- Меня мать и отцом быстро нашли, но из берлоги забирать не стали.

- Вот это сказка…

Адашев удивлённо покачал головой. Расскажешь её сегодня царю на ночь. Пошли ужо.

Они вышли из пыточной и Адашев кликнул часовых. Те скоро прибежали из губной избы, примыкавшей к разбойной башне, и взяли под охрану арестованных. Прибежал и губной староста. Он знал, что в дознании присутствует советник царя, и потому бдил, не смотря на давно начавшуюся вечернюю церковную службу.

- Этого, Иван Иванович, посади в крепость до особого распоряжения государя, - сказал Адашев Глебову. Этих тоже и сразу в дознание. Сам вести буду. Вот только доложу государю, и сразу вернусь. Писаря тоже не отпускай. Запри его прямо тут.

Глебов Иван Иванович, сын дипломата времён Ивана Третьего и Василия Третьего имел наследственное кормление в Коломне и исполнял попутно функции дворецкого.